«Возникает ощущение, что театр никому не нужен»
На минувшей неделе художественный руководитель ростовского «Театра 18+» Юрий Муравицкий заявил о том, что театр находится на грани закрытия. Причиной, по его словам, является финансовый кризис. Коллектив «18+» надеялся, что после получения «Золотой маски» интерес к театру возрастет, но зрительского наплыва, к сожалению, не произошло. В театре при этом не отчаиваются и ставят камерную оперу о любви.
N: — Чем вызвано ваше заявление о возможном закрытии театра?
Ю.М.: — Театр сейчас находится в таком состоянии, когда он не может развиваться и начинает затухать. Прежде всего, это связано с финансовыми проблемами. Билеты продаются плохо, зал не заполняется. Все вырученные деньги уходят на оплату труда артистов и сотрудников театра, средств на новые постановки не хватает. Мы не можем ставить спектакли и из-за этого пребываем в неком кризисе. Ожидали, что после получения «Золотой маски» интерес к театру возрастет, но зрительского наплыва, к сожалению, не произошло. Может быть, низкий интерес связан с общеэкономической ситуацией. В комментариях к моему посту в Facebook Николай Коляда написал, что тоже думает о закрытии своего «Коляда-Театра», который существует почти два десятилетия. Когда билеты плохо продаются, возникает ощущение, что театр никому не нужен.
N: — С чем связываете плохую посещаемость?
Ю.М.: — У нас нет и никогда не было рекламного бюджета. До сих пор я сталкиваюсь в Ростове с людьми, которые о «Театре 18+» ничего не знают. Из-за этого новые зрители к нам не приходят. У нас нет средств на обновление репертуара. Старые зрители не приходят, потому что уже все посмотрели. Получается замкнутый круг. Люди не посещают театр, потому что репертуар не обновляется, а репертуар не обновляется, потому что зал не заполняется, нет денег на новые постановки. Нужна информационная поддержка, чтобы разомкнуть этот круг. Подводя итоги Года театра, местные власти даже не упомянули о «Театре 18+», хотя мы принесли городу «Золотую маску». Нам это нужно не потому, что мы хотим похвалы. Любое упоминание театра в информационном пространстве повышает интерес к нему.
N: — За 7 лет существования театр приобрел хорошую репутацию и постоянных зрителей.
Ю.М.: — Да, у нас есть свои зрители, которые нас знают и любят, но они уже весь репертуар посмотрели. На одних поклонниках театра далеко не уедешь. Я знаю людей, которые несколько раз приходили на спектакль «Ханана». Человек 2-3 раза посмотрел, дальше нужны новая публика и обновление репертуара.
N: — Театр раньше финансово поддерживал его учредитель Евгений Самойлов. Как вы взаимодействуете с ним сейчас?
Ю.М.: — Он продолжает помогать театру, но его поддержка не безгранична и не бесконечна. Евгений Самойлов оплачивает содержание помещения, в котором существует театр, частично зарплаты сотрудникам театра. На все остальное театр зарабатывает самостоятельно. В течение 7 лет инвестор вкладывает в наш театр и ожидает, что это предприятие в какой-то момент хотя бы будет покрывать свои расходы. Я не говорю уже о прибыли. Постоянно вкладывать и не видеть какой-то отдачи от своих вложений сложно. Интерес к театру не растет, и у учредителя возникает вопрос, нужно ли дальше финансировать абсолютно убыточное предприятие.
N: — Что является основным источником средств для театра? Есть ли у театра бизнес-модель?
Ю.М.: — Театр — это не бизнес, а исполнительское искусство. Примерно 50-60% нашего бюджета — это средства нашего учредителя. Другие 40-50% — это то, что театр зарабатывает на продаже билетов, заказных спектаклях, мероприятиях и т. д. Если эта часть проседает, театр оказывается в ситуации, когда касса пустая.
N: — В первые годы работы в театре поставили несколько заметных спектаклей: «Исповедь мазохиста», «Ханана», «Грязнуля», «Волшебная страна». «18+» сотрудничал с достаточно известными режиссерами. В последние полтора года театр заметно сбавил обороты. Можно ли говорить о творческом кризисе?
Ю.М.: — Творческий кризис обусловлен только тем, что мы не можем позволить себе приглашать режиссеров. Любому приглашенному режиссеру нужно платить гонорар. Кроме того, у нас нет своей труппы. Каждый актер получает из кассы небольшую сумму за выход на сцену. Сейчас нам элементарно нечем платить артистам. Мы рассчитывали, что вместе вложимся — Евгений Самойлов материально, мы — творчески — и наконец запустим наш спутник. Вроде бы достигли каких-то успехов, спутник запустили, но на орбиту он никак не выйдет. Не знаю, почему так происходит.
N: — В театре сейчас проходит фестиваль перформанса. Насколько успешно?
Ю.М.: — Фестиваль проходит хорошо, много интересных событий. Приезжала хореограф из Москвы Ольга Цветкова, провела несколько мастер-классов. Зрители приходят, но мы ожидали, что посещаемость будет выше.
N: — Не приживается современный театр в городе?
Ю.М.: — Я бы так не сказал. К нам же ходят зрители. Среди тех, кто знает о театре, интерес к нему есть, просто процент таких людей очень невелик, и проблема в том, что он не растет.
N: — Какой выход из ситуации видите?
Ю.М.: — Пока мы не нашли решение. Поставили себе цель в течение месяца придумать стратегию по выходу театра из кризиса. Надеемся, что к лету, в частности с помощью СМИ, ситуацию удастся преломить к лучшему. В противном случае проект придется закрывать.
N: — Тем не менее сейчас вы репетируете оперу. Расскажите о предстоящей премьере.
Ю.М.: — Я ставлю камерную оперу по пьесе Виктории Бабкиной «Туз кубков», которая будет называться «Это любовь». Пьеса была представлена на фестивале современной драматургии «Любимовка» в позапрошлом году. Ее мы будем использовать как либретто. Жанр указан как камерная опера, но больше подходит, наверное, мюзикл. В опере обычно непонятно, что поют артисты. Если либретто не прочитал, то ничего не разберешь. Мы ставим задачу сделать язык спектакля понятным. Это будет история о любви, о любовной магии. Во многом про Ростов. Музыку к спектаклю написали ростовские музыканты Денис Третьяков (группа «Церковь детства») и Евгений Морозов (InEnsemble). Нашли двух новых актрис с хорошими вокальными данными. Репетируем и параллельно ищем деньги на реализацию проекта, на декорации, костюмы, аппаратуру. Надеемся весной показать премьеру и за счет этого повысить интерес к театру.
