«Мы создаем не девелоперский проект, а социальную точку притяжения»

N: — На недавнем мероприятии в Ростовской торгово-промышленной палате вы представили проект создания кластера художественного стекла. Как родилась эта идея?

Ю.И.: — По сути, он является неким венцом трудовой деятельности семьи Игнатовых, нашим взглядом в будущее. В Ростове с 1975 года на комбинате декоративно-прикладного искусства существовал участок художественного стекла, где работали мои родители. В 12 лет я пришел в мастерскую к ним как витражист-подмастерье, и с тех пор моя жизнь нераздельно связана с художественным стеклом. Сегодня мастерская Игнатовых — единственная в стране, где объединены все техники и технологии обработки горячего и холодного стекла. Проще говоря, у нас есть что угодно из стекла — от бусин до архитектурно-строительных элементов. То, чего мы достигли, отмечено не только на местном, но и на российском уровне. Мы создали проект кластера как принципиально новый шаг вперед, который может иметь перспективы в случае его поддержки со стороны государства.

N: — Вы уже презентовали свой проект представителям власти и профессиональному сообществу?

Ю.И.: — Мы представляли проект на научно-практической конференции по стеклу в музее стекла в Санкт-Петербурге. Профессионалы высоко оценили его и заинтересовались возможностью участия. В мае мы поедем на научно-практическую конференцию, посвященную пятидесятилетию реставрационной мастерской витража в Эрмитаже. Нас позвали как докладчиков по теме реставрации витражей — в контексте нашей работы, которую мы делаем в Новочеркасском Вознесенском соборе. Там я тоже планирую представить проект кластера.

Что касается взаимодействия с властью: мы не участвовали в конкретных конкурсах, но я лично представил проект всем профильным министрам — культуры, экономики, промышленности и имущества, а также ректору ДГТУ. В ближайшем будущем надеюсь представить его президенту Российской академии художеств Василию Зурабовичу Церетели. В большинстве случаев проект отмечают как уникальный, важный и требующий содействия.

N: — Есть ли у него аналоги?

Ю.И.: — Когда я представлял проект на форуме стекольщиков, коллеги единодушно отметили его уникальность и масштаб, в России подобного нет. Все с воодушевлением восприняли саму концепцию возрождения художественного стекла в стране в данном формате. Если этот проект реализуется, он станет точкой притяжения, не имеющей аналогов ни на юге, ни в России в целом.

N: — Определены ли уже примерные локации для кластера? Где его появление, на ваш взгляд, было бы наиболее эффективно?

Ю.И.: — Рассматриваются два пути. Первый — строительство нового комплекса зданий полностью с нуля на свободном земельном участке. Второй (и он был бы предпочтительнее) — ревитализация существующих промышленных помещений. Речь идет о вовлечении в оборот имущества, которое не отвечает современным требованиям с точки зрения офисного или складского хозяйства.

N: — Каким вы видите основной экономический эффект от создания такого кластера?

Ю.И.: — Наш проект — не девелоперский, он не позволяет извлекать прибыль с той же экономической эффективностью, что и коммерчески целесообразные проекты. Это, по сути, социальная площадка для развития креативных индустрий на Дону. Конечно, его можно уменьшить, оптимизировать, но тогда он не станет той точкой притяжения, о которой мечтаем я, моя семья и неравнодушные к творчеству люди. Местом, где можно творить не с точки зрения эффективной экономики, а с точки зрения созидательной ценности своего труда. Ты создаешь нечто, и пусть в моменте это не получается монетизировать, но рано или поздно такой труд обязательно приведет к хорошим экономическим результатам.

Если говорить прямо: при нынешней сложной, волатильной экономической обстановке мы просчитали срок окупаемости порядка десяти лет. Однако уже на четвертый год проект способен выйти на самообеспечение. Ключевое условие — поддержка правительства Ростовской области и муниципалитета Ростова-на-Дону, которая позволит создать синергетический эффект между развитием кластера и туристическим потоком. Эти два направления должны быть взаимодополняемыми и взаимовыгодными.

N: — На встрече в РТПП вы говорили о большом туристическом интересе к работе вашей мастерской. Как это сложилось?

Ю.И.: — К нам приходили и продолжают приходить студенты на практику, мы проводим для них экскурсию, а позже они просят привести друзей, родителей, знакомых. За последние три года у нас побывало 6154 человека. Это серьезный показатель для действующего производства. Поскольку мы действующее производство, принимать гостей ежедневно и в любое удобное для них время мы не можем. Массовые экскурсии проводятся только по субботам. Каждая раскуплена заранее, и это при полном отсутствии маркетинга и рекламы с нашей стороны.

У нас есть и уникальные детские экскурсии, когда формируются группы школьников и приезжают в удобное для них время на два часа. Что касается взрослых групповых экскурсий по субботам, мы взаимодействуем со всеми агрегаторами: «Яндекс.Афишей», Tripster, «Спутником», «Родными просторами». Я бы сказал, что на этих электронных площадках мы в топе продаж. Почему? Потому что это действительно уникальный и захватывающий опыт. Это квинтэссенция производственной и художественной истории: наблюдать, как у сложного оборудования, нагретого до 1200 градусов, рождается художественная ваза. Промышленная и культурная составляющие слиты в одном месте, и это невероятно интересно, на мой взгляд.

N: — Что вашей мастерской может дать расширение площади производства?

Ю.И.: — Я стремлюсь к тому, чтобы создать полноценный кластер художественного стекла — это та идея, с которой стоит идти по жизни. И это только первый шаг — его можно масштабировать, развивать, приукрашивать. Сегодня мы говорим, что проект уникален для Ростовской области, завтра — что он уникален для всей России. А почему не сделать его точкой притяжения всего стекольного мира? Мне нравится такая амбициозная задача.

N: — Кластер предполагает инфраструктуру гостеприимства: кафе, столовую, хостел. Кого вы видите в числе потенциальных резидентов — как сервисных, так и творческих специалистов? Удалось ли узнать их реакцию на участие в проекте?

Ю.И.: — Сейчас мы уже на стадии подписания договора о сотрудничестве с СПГХПА им. А. Л. Штиглица, с кафедрой керамики и стекла. Обсуждаем приезд трех третьекурсников к нам на производственную практику. Аналогично со РГХПУ им. С. Г. Строганова — планируем взять двух-трех студентов. Представьте: пройдет два-три года, и у нас сформируется пул художников, которых знаем в деле, которые трудились с нами бок о бок. Мы нацелены привлекать именно серьезных специалистов. Так что реакцию на участие в проекте мы узнаем не через опросы, а через конкретные шаги.

Креативный кластер, согласно федеральному закону, это территория от 1000 квадратных метров, где не менее 50% арендаторов должны состоять в реестре креативных индустрий. Взгляните на московские проекты: «Винзавод», «Хлебозавод», «ЗИЛАРТ» — все это, по сути, девелоперские проекты, нацеленные на получение конечной прибыли с квадратного метра.

Главная сложность с сервисными партнерами — создать по-настоящему уникальные условия для посетителя. Самый наглядный пример — цена на кофе. Если стаканчик стоит 50 рублей или 500 рублей — это маркер вовлеченности аудитории. Приходят ли люди за дешевым или дорогим кофе, или вообще не за ним? И кто из партнеров сможет предложить не просто бизнес-модель, а те самые уникальные условия?

Логика подсказывает, что, скорее всего, нам самим придется брать на себя управление кафе и дотировать его, чтобы оно работало именно как сервисная составляющая, делающая продукт уникальным, а не как центр извлечения прибыли. Все коммерческие организации стремятся к выгоде, но сервис в нашем случае — это нечто иное. А уж если получится на этом еще и заработать — будет вдвойне приятно.

С номерным фондом ситуация еще деликатнее. Он в первую очередь необходим для размещения специалистов, приезжающих по обмену опытом, на симпозиумы. Если у нас хватит инвестиционных сил создать фонд, который сможет сам себя окупать и при этом гарантировать уникальность — чтобы мы могли пригласить специалиста из любого региона и он работал у нас два месяца в комфортных условиях. Если получится еще и заработать на этом — прекрасно.

Именно поэтому проект и имеет горизонт окупаемости в десять лет. Он не про сиюминутную прибыль, а про создание точки, уникальной не только для юга, но и для всей России. Поэтому кофе может быть даже бесплатным — не ради заработка в 50 рублей, а ради создания приятной, располагающей к творчеству обстановки.

N: — В поправках к Федеральному закону «О развитии креативных (творческих) индустрий» вводится понятие управляющей компании креативного кластера. Кто должен выполнять эти функции: коммерческая или государственная структура?

Ю.И.: — Это очень хороший вопрос. По сути, управляющая компания — это орган, формирующий всю внутреннюю политику кластера. Если подходить с точки зрения девелоперского проекта — ревитализации ради коммерческой выгоды, — то здесь, конечно, нужна коммерческая структура. Тот самый менеджмент, который будет эффективно управлять квадратными метрами, наполненными кофейнями, арт-студиями и тату-салонами.

Но если мы говорим об уникальных проектах, таких как наш, — давайте вернемся к тому же стаканчику кофе. Какая коммерческая управляющая компания сможет позволить себе раздавать кофе бесплатно, ломая при этом бизнес соседнему кофейнику? Никто не зайдет в кофейню, если рядом наливают такой же зерновой кофе, но бесплатно.

Поэтому я бы сделал выбор в пользу структуры, далекой от чисто рыночных отношений. Государство здесь тоже не идеальный вариант — у него своя политика, а наш кластер — это не музей, а нечто среднее, трудноуловимое. У меня есть четкое понимание, как управлять и сервисной составляющей, и арендаторами, чтобы удержать баланс. В рыночной парадигме же деньги рано или поздно всегда побеждают искусство. Не факт, что истинный креатив сможет на равных бороться с коммерцией.

Анализируя московский опыт — а по версии Агентства креативных индустрий Москвы в столице 26 креативных кластеров и более миллиона квадратных метров, — я познакомился с интересной классификацией. Выделяют: бизнес-центры с сильной маркетинговой концепцией (бизнес, но не креатив), многофункциональные и сервисные кластеры (общепит, деловые кварталы, дома культуры) и территории с признаками кластера и креативным потенциалом. Это такие проекты, как дизайн-завод, «Хлебозавод», «Артплей», «Винзавод». Однако Москва и Ростов — вещи совершенно разного порядка. Мы же, как верно заметили на встрече в РТПП, одни из первых, у кого креативный кластер зародился как юридически оформленное пространство. С учетом нашего населения пара-тройка таких кластеров на регион — более чем реальная история, даже по среднестатистическим меркам.

N: — Реализацией какого проекта, выполненного вашей мастерской, вы удовлетворены больше всего и почему?

Ю.И.: — С огромным трепетом я отношусь к проекту по созданию художественных витражей для Новочеркасского Патриаршего Вознесенского войскового всеказачьего собора. Для нас это одна из самых интересных и ответственных работ по целому ряду причин. Во-первых, это прямое прикосновение к истории и ее воссоздание. Во-вторых, это важнейшее православное место нашего края и России в целом.

Мы делаем очень кропотливую работу по восстановлению утраченных элементов в тесном взаимодействии с Епархией Ростова-на-Дону. Для нас это не просто заказ, а общественное служение. Здесь необходимо проявить все накопленное годами мастерство и опыт, так как это реставрация и воссоздание подлинных исторических деталей. И второй момент: собор — это одна из главных святынь и одно из главных мест силы донского казачества.

ТАКЖЕ ПО ТЕМЕ

В городе

Секреты стекольного дела открывают всем желающим

В феврале Мастерская художественного стекла Игнатовых проведет серию экскурсий «Аутентичные техники художественной обработки стекла» для детей и взрослых.

Культура

Музей представил разные взгляды на хрупкую красоту

В Ростовском областном музее изобразительных искусств на Чехова (РОМИИ) выставляются произведения из стекла, керамики и других материалов, требующих деликатного обращения. Художники работали как классики и новаторы.