«В первую очередь ориентируемся на экспорт: это Турция, Средний Восток»

Новый завод по производству углеродосодержащих материалов для металлургии «Графит» в Зверево большую часть продукции сегодня поставляет на экспорт, в ОАЭ. Предприятие было запущено в 2021 году. После начала СВО и введения санкций рынок сбыта сильно поменялся — ушли европейские покупатели, логистика в Индию стала неприемлемо дорогой. Но компания сохраняет ориентацию на экспорт, сменив направление на Турцию и страны Среднего Востока. Планы по расширению производства пока отложены, инвестор избегает увеличивать кредитную нагрузку в условиях высокой ставки ЦБ.

N: — Как возникла идея заняться производством углеродосодержащих материалов?

К.Х.: — В свое время я руководил похожим производством в Новошахтинске, занимался продажами и видел, что на тот момент спрос превышал предложение. Нашел второго инвестора, и мы построили завод. Строили с 2019 по 2021 год. 2021-й был первым годом работы. Основной продукт нашего предприятия — углеродосодержащие материалы для металлургии. Кроме того, мы выпускаем фильтранты — их используют при производстве фильтров для очистки воды как для производственных, так и для бытовых нужд. Помимо нас в Ростовской области фильтранты выпускает только еще одна компания — самый крупный производитель в регионе, компания «Антр-Актив».

В 2022 году ситуация на рынке, конечно, сильно изменилась. До этого большой объем продукции поставлялся в страны Европы. В 2021 году мы продавали высококачественный материал с функциями графита, через трейдеров в Европу, Катар. Но потом были введены санкции, и рынок Европы для нас оказался закрыт.

Прекратились поставки в Индию из-за изменений в логистике. Раньше компания «Маерск» отправляла контейнеры из Новороссийска в Мумбай, и стоимость транспортировки была посильной, но «Маерск» ушла из России, существующий на сегодня маршрут с перевалкой в Стамбуле не выгодно использовать, т. к. доставка выходит безумно дорогой.

N: — Выручка ООО «Графит» в 2023 году выросла на 43,9%, что на это повлияло?

К.Х.: — В 2022 году, после того как началась специальная военная операция, около полугода не было продаж на экспорт, потому что зарубежные покупатели не понимали, как проводить платежи в Россию, логистика полностью отвалилась. Потом были найдены варианты платежей через Турцию. Логистику начали строить с нуля. В 2023 году все было более или менее отлажено, и поэтому произошел рост продаж.

N: — Кто ваши основные покупатели сегодня?

К.Х.: — Арабские Эмираты. Поставки туда занимают примерно 80% в нашей выручке. С нашим покупателем — трейдером — я познакомился давно, на профильном форуме. Когда мы строили завод, я уже знал, что мы будем сотрудничать с ним.

В России мы поставляем углеродосодержащие материалы на «Новоросметалл» и Абинский электрометаллургический завод. Среди крупных покупателей наших фильтрантов — ГУП ДНР «Вода Донбасса» (предоставляет услуги по централизованному водоснабжению и водоотведению жителям ДНР. — N), металлургические предприятия, производители бытовых фильтров для воды — недавно отправили машину такому производителю в Казань.

N: — Насколько сегодня загружены мощности предприятия?

К.Х.: — В этом году предприятие было остановлено на большую реконструкцию — мы производили ремонт оборудования. До этого мощности были загружены на 100% (24 тыс. т готовой продукции в год).

N: — Есть у вас сегодня планы расширять географию продаж?

К.Х.: — Внутри России рынок занят, игроков много, все производят продукт одинакового уровня качества. Мы в первую очередь ориентируемся на экспорт: это Турция, Средний Восток. Будем расширять сбыт через общение непосредственно с покупателями, через интернет.

N: — Цены на углеродосодержащие материалы упали так же, как и на уголь?

К.Х.: — Да, цена упала сильно, но основной вопрос сегодня даже не в цене, а в оплате. Простые расчеты, когда покупатель из-за рубежа переводит оплату на счет поставщика в России, сегодня отсутствуют. В Турции, если я не ошибаюсь, всего 4 банка могут отправить в Россию деньги, причем только в рублях. На данный момент у наших клиентов из ОАЭ есть возможность оплачивать поставки здесь, в России, в рублях. В принципе, сейчас мы только в рублях и работаем — ушли от другой валюты.

N: — Вас устраивает текущая рентабельность?

К.Х.: — Вынуждены подстраиваться, а что делать…

N: — Какие способы повышения рентабельности видите?

К.Х.: — Пока что не вижу.

N: — Есть ли возможность снижать себестоимость?

К.Х.: — Основные затраты в структуре себестоимости — сырье, логистика, зарплата, мешки для фасовки, газ. Критично для нас подорожали логистика, газ, зарплаты, повысилась цены на мешки для фасовки. Мы уже предприняли усилия по снижению себестоимости. Если раньше мы закупали уголь на местных шахтах — в основном у «Донуголя», в небольшом объеме — у шахтоуправления «Обуховская», то сейчас возим уголь из ДНР и ЛНР, так получается дешевле.

N: — Как отражается на вашей работе высокая ставка ЦБ, есть ли у вас доступ к льготному кредитованию?

К.Х.: — Мы пользуемся кредитами, строили наш завод на кредитные средства. Льготное кредитование получали, но сумма была небольшая — всего 5 млн рублей. Нынешняя стоимость кредитных средств — очень некомфортная.

N: — Каких инвестиций потребовал завод? В какие сроки планируете окупить вложения?

К.Х.: — Мы инвестировали около 100 млн рублей. Сейчас ничего не планируем, когда мы строили — рынок был другой, теперь ситуация резко изменилась. Сейчас строить планы очень тяжело. Мы выживаем. Работаем, чтобы отдавать кредиты.

N: — В среднесрочной перспективе какие задачи стоят перед предприятием? Собираетесь расширять ассортимент, увеличивать мощности?

К.Х.: — Сегодня наш ассортимент стал уже, потому что часть продуктов мы выпускали специально под европейских заказчиков. У нас есть планы по развитию и увеличению мощностей, мы уже много построили, но вводить в эксплуатацию эти объекты пока не можем, потому что для этого нужно больше оборотных средств. Но брать новые кредиты и увеличивать кредитную нагрузку мы не хотим из-за высокой стоимости кредитов.

Пока мы наблюдаем за ситуацией, ждем, что будет дальше.