г. Ростов-на-Дону
31 июля 2021 13:02:07

Работа в гадость

В последнее время на каждом шагу встречаю людей, работающих с нескрываемым отвращением и готовых вымещать на мне лично обиду на судьбу-злодейку, которая заставила их добывать хлеб насущный в поте лица вместо того, видимо, чтобы рубить капусту где-нибудь на ТНТ или, скажем, прожигать наследство швейцарского дедушки.
Работа в гадость Рисунок Игоря Кийко.



Нет, речь идет не о каких-нибудь там излишествах вроде брошенной вошедшему клиенту улыбки: «Здравствуйте! Чем могу помочь?». Как говорится, не до жиру. К непреходящей мрачности трудового народа я с грехом пополам привык. Смирился с тем, что официант может принимать заказ, напустив на себя вид британского сноба. Или, скажем, сотрудник колл-центра перебивает таким тоном, будто нарвался на телефонного хулигана. Такие мелочи я научился не замечать. Но вот уже больше года, наверное, приходится не только удивляться пофигизму и грубости тех, кто на мне же и зарабатывает, но еще и выслушивать от них пространные тирады. Примеры в моей коллекции — на любой вкус. Приведу лишь несколько.

Недавно, скажем, побывал в БСМП с печеночной коликой. Назначили УЗИ. Подошел к кабинету — закрыто. Подергал ручку, постучал.

— Ты головой бы еще постучался, — приветствует меня заспанная медсестра, открывая дверь.

— И здесь вы, — вздыхаю. — Навсегда обиженные. Устал я от вас.

— Так че явился-то? — позевывая, вступает в беседу молодая врач. — Сиди дома.

Через несколько минут, измазанный гелем, щедро изгвазданный скоропомощным хамством, топаю к выходу из больницы.

— Ты куда это? — останавливает меня принимающий врач, хирург.

— Кажется, отпустило, — говорю. — Поеду домой. От общения с вашими коллегами, боюсь, не стало бы хуже.

Понимает с полуслова. Почему-то переключается на «вы»:

— А вы посидите, посмотрите, как мы работаем. Как с нами больные обращаются. А потом поинтересуйтесь, сколько нам за это платят.

Чувствуется, что предлагает не мне первому. Говорено-переговорено: много вас таких, недовольных — а вы посидите, а потом поинтересуйтесь.

Не в первый раз и мне втолковывают нечто подобное. Они, видите ли, не просто так грубят и отказываются работать по-человечески — они так мстят. И точно знают, почему так можно:

— За такие-то зарплаты! В таких условиях!

Что характерно: с какими-нибудь малыми собственниками или небольшими руководителями тоже случается всякое, включая конфликты и форс-мажоры. Но как-то все улаживается по-хорошему, хотя чаще всего тоже без буржуйских излишеств: «Простите за доставленные неудобства». Отвращение, врачуемое хамством, откровенное, с вызовом, наплевательство — амплуа главным образом рядовых работников. Низовой, так сказать, тренд.

В нотариальной конторе, где я оформляю доверенность на вывоз ребенка за границу, как ни стараюсь, не выдерживаю общения с помощницей нотариуса:

— Прекратите говорить со мной сквозь зубы. И смотрите, пожалуйста, на меня, когда ко мне обращаетесь. Я ничего не слышу, потому и переспрашиваю.

— Куда хочу, туда и смотрю. Мне за это не доплачивают, смотреть тут на вас…

Вы еще помните, о чем это: «корпоративная этика», «прекрасный сервис»? Давненько не слышал сакраментального: «Клиент всегда прав». Реклама «Макдоналдса» откликается ностальгией. Та, где улыбчивая девушка бодро кричит: «Свободная касса!» — и командный дух витает над картошкой фри. Собственно, а было ли это в реальной — в нашей российской — действительности? Или не было? Нет, ну было же, кажется… было… вот, совсем недавно: Шварценеггер такой молодой, и мы привычно пересчитываем цены в доллары…

Сотрудник адвокатской конторы, сопровождающий меня в страховую компанию, у которой нам предстоит отсудить недоплаченную по ОСАГО страховую выплату, пожимает плечами, когда я выговариваю ему за то, что он неделю не мог найти мои документы:

— У них там бардак. А я при чем? Я свою часть делаю? Делаю. Не нравится, могу уйти.

И ведь не врет, может.

Они повсюду. Они что-то такое окончательно для себя решили и только ждут достойного повода, чтобы плюнуть хором, хлопнуть дверью и сорваться куда-то, незнамо куда.

Вот куда, интересно? Куда бы им хотелось? Ну, кроме ТНТ? Боюсь, куда бы ни захотелось — у этих нигде уже не получится. Ни за хорошую, ни за очень хорошую зарплату. Потому что порченые. Отученные от добросовестной работы.

— Ой, да жалуйся куда угодно. Напугал!

А что им, действительно? Чего бояться?

Жаловался, случалось. Зачитывал гневные монологи начальникам:

— Вы тут для чего посажены? Это что за ужас такой?

Скоро заметил: начальники выслушивают терпеливо, но без малейшего интереса. Кивают — но думают, похоже, о своем. Они-то знают точно, сколько получает сотрудник, оскорбивший мои тонкие потребительские чувства и категорически не отвечающий моим представлениям о риэлторе, враче, нотариусе, жес­тянщике, продавце, клерке, сантехнике, кредитном инспекторе. Начальники помнят, как долго место оставалось вакантным. Они видели, а я нет — других претендентов на это место.

Просмотров: 4077

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Своими словами
image
В Ростове социальная инфраструктура драматически не поспевает за жилищным строительством. Но власти продолжают выдавать все новые разрешения на строительство высоток в переуплотненных районах, как будто не видят связи между пуском в эксплуатацию новой тридцатиэтажки и перегруженностью школ и детских садов.
Своими словами
image
Самокат с электроприводом пришел в нашу повседневность внезапно и неотвратимо, как Бузова во МХАТ. Разбавил рутину эмоциями, отменил скучные тротуары. Тротуары теперь тоже проезжая часть. Привыкаем. Тренируем быстроту реакции. Пока без потерь. Но есть нюансы.
Своими словами
image
Формирование ростовской агломерации было бы неплохо начать с создания единой информационной системы движения пассажирского транспорта. А то стоишь на остановке и думаешь, а не перестал ли уже ходить здесь, к примеру, 85-й автобус.
Своими словами
image
Администрация Ростова в рубрике «Спрашивали — отвечаем» в своем инстаграм-аккаунте опубликовала формальный ответ, не затрагивающий существа дела. Эта форма ответа нигде не желательна, но особенно гротескно выглядит в соцсети, которую обычно используют как витрину, чтобы показать товар (или услугу) лицом.