«Нужно вернуть уважение к профессии учителя»
В этом году молодой преподаватель из Ростова-на-Дону Анна Бея вошла в федеральную команду всероссийского проекта «ТопБлог». Его участники будут разрабатывать социально значимые медиапроекты совместно с федеральными ведомствами.
В интервью N Анна рассказала о проекте и опыте участия в программе «Земский учитель». Педагог также поделилась мнением о причинах оттока молодых специалистов из регионов. Престиж профессии, по ее мнению, невозможно повысить без роста зарплат и изменения отношения общества к учителям.
N: — Как начался ваш путь в преподавании?
А.Б.: — Я родом из Норильска, но школу оканчивала в Краснодарском крае. А с 2016 года жила в Ростове-на-Дону. Училась в Южном федеральном университете на педагога начальных классов, потом проходила переподготовку на учителя русского языка и литературы. Сейчас живу и работаю в Москве.
N: — В какой момент решили завести блог? О чем вы в нем рассказываете?
А.Б.: — С 2019 года снимала ролики в TikTok. Просто, как и многие девушки, публиковала разные видео без привязки к школе. Потом решила начать делиться именно школьной тематикой. И увидела, что это цепляет людей. Перешла на YouTube. Сейчас постепенно развиваю «ВКонтакте». У меня развлекательный блог, в нем много юмористических видео, есть лайфстайл-контент, иногда делюсь полезными находками и советами. Многие коллеги спрашивают, почему я не добавляю образовательный контент про ОГЭ, ЕГЭ и другие темы. Я всегда говорю, что учитель я в школе, и мне этого достаточно. Блог — это мое хобби, то, что приносит удовольствие. Сейчас очень много контента, где кто-то постоянно кого-то учит, и со временем это начинает утомлять. Хочется, чтобы мой блог был для людей такой же отдушиной, какой он является для меня.
N: — Изменилось ли отношение родных и коллег после появления тысяч подписчиков?
А.Б.: — Конечно, был негатив. Мне говорили, что я занимаюсь ерундой, лучше бы шла детей учить. Но я всегда задавала себе вопрос, почему я не могу совмещать и то и другое? Если я хорошо выполняю свою работу как учитель, разве я не могу параллельно развивать блог? Одно другому совершенно не мешает. Скептики были и будут всегда. Самое главное — выдержать этот напор в начале.
N: — Участниками ваших роликов часто становятся ученики. Как родители отнеслись к тому, что их дети оказываются в блоге?
А.Б.: — С родителями школьников у меня не возникало серьезных проблем, потому что я сразу выстраиваю открытое общение. Когда переходила работать из 57-го лицея в школу № 11, на первом родительском собрании рассказала, что веду блог. Объяснила, что дети могут иногда попадать в кадр. Сразу просила родителей сообщить, если кто-то не согласен. Обязательно собираю письменные согласия. Если во время съемки ребенок сказал что-то смешное или оказался в забавной ситуации, я не публикую ролик без согласования с родителями. Но почти всегда они реагируют очень позитивно.
N: — Пока дети на каникулах, а у вас отпуск, о чем рассказываете в блоге?
А.Б.: — Помимо того что я учитель, я еще и мама. У меня есть дочь, свои увлечения и интересы, обычная жизнь. Сейчас в блоге появляется больше личного контента. Я начала снимать ролики с дочерью, показывать материнскую сторону своей жизни. Сейчас много говорят о том, как сложно с подростками. Но мне хочется показать, что с этим можно справиться, что отношения с ребенком могут быть теплыми и доверительными.
Отпуск у меня всего 32 дня, я его провожу его с семьей. Уже успела съездить к родителям в станицу Канеловскую, помочь с огородом и домашними делами. Не могу сказать, что очень сильно скучаю по школе — все-таки прошло еще не так много времени. Скучаю именно по детям. В то же время понимаю, что отпуск необходим, чтобы перезагрузиться и набраться энергии перед учебным годом.
N: — Стал ли блог дополнительным источником дохода? За счет чего удается зарабатывать?
А.Б.: — Да, дополнительный заработок от блога есть. Монетизация от глобальных площадок сейчас недоступна в России. Удается зарабатывать, когда рекламодатели обращаются ко мне напрямую.
N: — В 2023 году вы стали победителем Всероссийского проекта «ТопБлог» в категории «Начинающие», а в этом году вошли в федеральную команду проекта в категории «Просвещение». Расскажите подробнее об этом опыте.
А.Б.: — О проекте я узнала в 2022 году из социальных сетей. В третьем сезоне конкурс был построен поэтапно. Участники проходили несколько уровней в зависимости от размера своей аудитории и выполняли задания. Оценивались не только количество подписчиков, но и вовлеченность аудитории, просмотры и другие показатели. Я прошла первые два этапа. До финальной категории я не дошла из-за сроков подачи результатов, но именно участие в проекте помогло мне начать развивать YouTube. Самым ценным тогда стали поддержка кураторов и обратная связь. Эксперты разбирали наш контент, объясняли, как сделать его более интересным.
После этого я продолжила участвовать в проекте. В пятом сезоне работала в треке «Образование», где вместе с представителями Министерства просвещения разрабатывали идеи контента, направленного на популяризацию науки и образования. Это был совершенно другой опыт. С одной стороны — блогеры с творческим взглядом, с другой — представители госструктур. В этом году я вошла в федеральную команду проекта в направлении «Просвещение». Сейчас проходит заочный этап, мы выполняем задания. После лучшие участники продолжат работу очно вместе с представителями Минпросвещения.
N: — Современный учитель должен быть одновременно педагогом, психологом, медиатором и блогером. Не считаете, что требования к профессии стали слишком высокими?
А.Б.: — На самом деле это далеко не все роли. Сегодня быть педагогом действительно очень сложно. Требования к профессии постоянно растут, многие сталкиваются с выгоранием. В этом году очень большой отток молодых специалистов. Важно менять отношение общества к педагогам. Мы сейчас, к сожалению, не занимаем той позиции, которая была раньше. Кроме того, есть явное несоответствие между требованиями и оплатой труда, из-за чего молодые учителя рвутся переехать в столицу.
N: — Как меняется образование в эпоху клипового мышления?
А.Б.: — Учителю постоянно приходится придумывать, как заинтересовать учеников. Просто читать лекцию уже недостаточно. Это не значит, что дети стали хуже. Просто изменилось время, и педагогам, нужно адаптироваться. В регионах это делать сложнее, потому что при более низкой зарплате ответственность остается очень высокой, а объем обязанностей и требований постоянно растет.
Я стараюсь делать уроки интерактивными с презентациями и играми. В этом помогают современные технологии. Например, готовые материалы я ищу в Wordwall, рабочие листы создаю сама в Flyvi. Пользуюсь сервисами для создания презентаций на базе нейросетей. Задаешь запрос, прикрепляешь свои материалы, которые хочешь включить в презентацию, а нейросеть быстро собирает основу. Потом остается только немного подправить ее под себя, занимает буквально пять-десять минут.
N: — Искусственный интеллект становится главным помощником школьников при выполнении домашних заданий. Как вы к этому относитесь?
А.Б.: — На мой взгляд, нужно не отбирать его у ребенка, а объяснить, как работать с ним правильно. Я не поддерживаю, когда ученик полностью перекладывает свои задания на нейросеть. Особенно это касается русского языка и литературы, где нужны собственные мысли и творчество. Если ребенок просто копирует готовый текст, никакой пользы в этом нет, но искусственный интеллект может быть помощником. Например, составить план сочинения или подобрать ключевые слова по теме. Дальше ребенок уже самостоятельно пишет текст, опираясь на эту структуру. Когда я оканчивала школу в 2014 году, такого помощника не было. Мы искали все в учебниках. Сегодня нейросети могут объяснить тему простыми словами, привести примеры, показать разные способы решения. Ребенку остается самостоятельно применить знания на практике.
N: — Как изменились современные дети по сравнению с предыдущими поколениями?
А.Б.: — Во многом они взрослеют раньше, чем наше поколение. Если сравнить меня в 14 лет и нынешних подростков, это совершенно разные люди. Они лучше ориентируются в современной жизни, быстрее осваивают технологии, многое знают и понимают. Но, как и раньше, им очень нужны внимание и поддержка. Если говорить об учебе, то, как и всегда, есть дети, которые стремятся к результатам, и те, кто быстро теряет мотивацию. Современным школьникам часто не хватает именно настойчивости. Если что-то не получилось с первого или второго раза, они быстро опускают руки, поэтому так важна поддержка взрослых. Сегодня многие родители работают, строят карьеру, и иногда у них не хватает времени на ребенка. Учитель старается поддержать каждого, но когда у тебя больше сотни учеников, невозможно заменить родителей всем. Я стараюсь чувствовать своих учеников. Часто по их поведению сразу видно, если что-то случилось. Тогда можно предложить помощь или просто дать понять, что ты рядом.
N: — В 2024 г. вы стали победителем программы «Земский учитель», но отказались от работы в Красной Поляне. Расскажите, что стало причиной?
А.Б.: — Как-то я решила посмотреть программу «Земский учитель». Сначала ради интереса проверила, есть ли вакансии в моей родной станице и соседних. Оказалось, что там вообще не было предложений. Тогда я начала смотреть вакансии по всему Краснодарскому краю. Случайно увидела вакансию в Красной Поляне. И решила попробовать. Нужно было отправить свое портфолио с достижениями и опытом. Через некоторое время мне пришло сообщение, что я стала победителем программы. Я была очень счастлива. Какое-то время буквально жила этой мечтой, представляла, как буду работать в школе среди гор, рядом с морем. Казалось, что это идеальный вариант. Но потом пришлось столкнуться с реальностью. Оказалось, что предлагаемая зарплата просто не покрывает стоимость жизни в Красной Поляне. Даже с учетом выплаты по программе этого было недостаточно. Аренда жилья там очень дорогая, а работать предлагали практически полный день — с утра до вечера. Поэтому пришлось отказаться от этой идеи. Конечно, сначала было обидно, но со временем я поняла, что все сложилось правильно. Если бы тогда переезд состоялся, возможно, я бы не оказалась в Москве. Сейчас я живу здесь, и меня все устраивает. А Красную Поляну теперь воспринимаю как место, где хочется отдыхать, а не работать.
N: — Помимо программы «Земский учитель» есть и другие меры поддержки, которыми власти пытаются привлечь молодых специалистов к работе в сельской местности. На ваш взгляд, насколько они эффективны?
А.Б.: — Я считаю, что самой эффективной мерой было бы повышение заработной платы. Когда человек понимает, что, переехав в сельскую местность на пять лет, он будет получать действительно конкурентную зарплату, тогда программа становится привлекательной. Миллион рублей — это уже не та сумма, которой можно было бы серьезно решить жилищный вопрос. Если брать ипотеку, то зачастую это даже не полноценный первоначальный взнос. Да, есть компенсация расходов на жилье, но этого не всегда достаточно. Если бы учитель понимал, что за пять лет работы сможет, например, существенно погасить ипотеку или даже полностью выплатить за квартиру в своем городе, это стало бы гораздо более сильной мотивацией. Пока же многие приходят к выводу, что игра не стоит свеч.
Хорошим решением могло бы стать и предоставление служебного жилья. Например, если бы для участников программы строили небольшие дома или квартиры, где они могли бы жить вместе с семьей в течение этих пяти лет. Тогда не пришлось бы тратить значительную часть дохода на аренду, а заработанные деньги можно было бы направить на покупку собственного жилья. Но у меня есть и положительный пример. Родители одного из моих учеников участвовали в аналогичной программе для врачей. Они отработали в сельской местности, за это время смогли купить квартиры в Ростове.
N: — Как решились на переезд в Москву? Сильно ли отличается работа в столице?
А.Б.: — В конце декабря мне написали из московской школы и пригласили поработать учителем русского языка и литературы. Я приехала, познакомилась с администрацией, посмотрела школу и поняла, что мне здесь очень нравится. Поэтому предложение о работе стало для меня настоящим новогодним подарком. Работа в московской школе действительно отличается. Во-первых, уровнем оплаты труда. Во-вторых, очень многое автоматизировано. Организационные вопросы — питание, посещаемость, заявки решаются через электронные системы.
Для меня как для творческого человека было важно и другое. В нашей школе нет обязательной школьной формы. Это современная государственная школа, и здесь гораздо больше внимания уделяют не внешнему виду, а тому, чтобы детям было комфортно. Мне близок такой подход. Если ребенок пришел в джинсах и худи, это никак не влияет на его знания. Главное — чтобы он учился и чувствовал себя спокойно. Моей дочери, например, это тоже очень понравилось. Если сравнивать с моим опытом работы в Ростове, там требования к внешнему виду были гораздо строже. Из-за такого напряжения некоторым подросткам сложнее проявлять себя, и иногда это выражается в нарушении дисциплины на уроках.
N: — Вокруг ОГЭ и ЕГЭ уже много лет не утихают споры. С этого года Рособрнадзор запретил проводить досмотр участников ЕГЭ, при этом проблема высокого уровня стресса остается. Как вы оцениваете нынешнюю систему итоговой аттестации? Отражают ли экзамены реальные знания учеников или пора пересмотреть подход?
А.Б.: — Как педагог и организатор я считаю, что проводить ЕГЭ стоит иначе. На мой взгляд, должны быть отдельные центры или специальные площадки, где работали бы заинтересованные люди. Сейчас в пункты проведения экзамена направляют обычных учителей. К концу учебного года все уже эмоционально и физически истощены, ждут отпуска, а вместо этого начинается самый напряженный этап — экзамены. Дети нервничают, родители переживают, учителя тоже в постоянном стрессе, потому что на них колоссальная ответственность. Если у ученика найдут шпаргалку, оштрафуют учителя. Кроме того, организаторы работают на пункте с восьми утра и практически до вечера. При этом зачастую нельзя даже просто поесть. В одной из школ Ростова у педагогов была возможность по очереди выйти перекусить в столовую, но это редкость. Когда у тебя несколько экзаменов подряд, усталость накапливается очень сильно.
Как родитель я понимаю, что для детей ОГЭ и ЕГЭ — это стресс, но многое зависит от того, какую атмосферу мы создадим. Если перестать постоянно говорить об экзамене как о чем-то страшном, если не будет негатива и давления, то и дети будут воспринимать его спокойнее. Если говорить о самом экзамене по русскому языку, то, на мой взгляд, современным детям не хватает навыков устной речи. У многих небольшой словарный запас, потому что они мало читают. Поэтому мне кажется, что стоит уделять больше внимания именно умению рассуждать и говорить, а не только выполнять письменные задания. При всех недостатках у ЕГЭ есть и преимущество — талантливые дети из регионов могут на равных поступать в лучшие университеты страны.
N: — С 1 сентября этого года в российских школах отменят домашние задания для первоклассников. Но ведь в следующих классах нагрузка только увеличивается, появляются секции и репетиторы. Как вы считаете, стоит ли сокращать объем домашних заданий и для других классов?
А.Б.: — Я не считаю небольшие домашние задания для первоклассников проблемой. Гораздо важнее в этот момент заинтересовать ребенка учебой. Если и школа, и родители будут правильно выстраивать этот процесс, у первоклассника сформируется внутренняя мотивация к обучению. Но я понимаю и другую сторону. Иногда именно домашние задания становятся причиной конфликтов в семье. Ребенка сложно усадить заниматься, он начинает воспринимать учебу как обязанность. Здесь важно соблюдать баланс. А вот в старших классах проблема действительно становится серьезной. По каждому предмету задают домашнюю работу, презентации, доклады, сочинения, задачи. Я считаю, что полностью отменять домашнюю работу нельзя. За сорок минут урока невозможно освоить и закрепить весь материал. Домашняя работа необходима, но она должна быть дозированной. Например, если урок один-два раза в неделю, то логично, что часть работы переносится домой. Если предмет изучается практически каждый день, то и домашнее задание может быть меньше. Конечно, есть исключения, например русский язык и математика. Сейчас нагрузка у старшеклассников действительно очень высокая. И речь уже не только об учебе. Мы часто говорим, что современные дети мало общаются друг с другом, редко гуляют. Но когда им это делать? После школы — домашние задания, кружки, спортивные секции, подготовка к экзаменам. Свободного времени у современных школьников остается очень мало.
N: — Как складываются сегодня взаимоотношения учителей и родителей, часто ли бывают конфликты?
А.Б.: — Многие педагоги уходят из профессии именно потому, что родители при любой спорной ситуации жалуются, не попытавшись поговорить с учителем. А если разговор и происходит, то нередко в надменной форме, будто мнение педагога вообще ничего не значит. У многих учителей возникает ощущение, что по умолчанию они уже виноваты. Отсюда во многом возникает и гиперопека. Но одна из важных задач школы — научить ребенка самостоятельно справляться с трудностями, договариваться, брать ответственность. Если взрослые постоянно вмешиваются и решают все за него, то этому навыку неоткуда взяться. Нужно вернуть уважение к профессии учителя. Не в том смысле, что педагог всегда должен быть прав, а в том, что его мнение тоже должно учитываться.
N: — Как вы считаете, почему в обществе изменилось отношение к педагогу?
А.Б.: — Раньше учитель был уважаемым человеком. Во многом это было связано и с уровнем жизни. В советское время педагоги достойно зарабатывали, получали жилье, твердо стояли на ногах. Сегодня зарплаты остаются невысокими, и зачастую родители имеют более высокий уровень дохода и социальный статус. Мне кажется, это тоже влияет на отношение к учителю. Пока не изменится вопрос оплаты труда, не изменится и отношение к учителю. Есть и другая сторона. Сегодня учитель очень ограничен в своих возможностях. Конечно, замечание ребенку сделать можно, но зачастую оно просто не воспринимается всерьез.
N: — Влияет ли на ситуацию дефицит мужчин-педагогов и мужского начала в воспитании детей?
А.Б.: — Да, нехватка мужчин-педагогов влияет в любом случае. У них всегда тишина на уроках, никто не разговаривает. Дочь рассказывала, что у нее учитель истории — мужчина, его всегда спокойно слушают. В Москве мужчин-педагогов гораздо больше, потому что здесь конкурентная зарплата. Мужчина — это основа, кормилец семьи. Он, наверное, должен получать больше 30 тысяч. Поэтому никто и не идет работать в школу, редкие исключения — учителя физкультуры. У меня много знакомых, которые оканчивали колледжи и институты, хотели работать с детьми, но не за такую зарплату.
N: — Часто предметом шуток на эстраде становятся денежные сборы на всевозможные школьные нужды. Как вы к этому относитесь?
А.Б.: — Крайне негативно. Именно с медийного пространства во многом и началось изменение отношения к профессии. Когда я была школьницей, такого количества насмешек над учителями не было. Потом стали появляться юмористические передачи о педагогах, та же Снежана Денисовна (персонаж сатирического сериала «Наша Russia». — N) с этими сборами. И потом в каждом фильме или сериале учителя стали показывать в одном и том же образе, как бедного человека, который постоянно собирает деньги, еле сводит концы с концами. Конечно, я понимаю, что это юмор. Я и сама могу посмеяться над хорошей шуткой, но важно не переходить грань. Когда один и тот же стереотип постоянно тиражируется, дети и родители начинают воспринимать его как реальность. Возможно, авторы подобных проектов не ставили перед собой такой цели, но в итоге это повлияло на престиж профессии не лучшим образом.
N: — Какими главными компетенциями сегодня должен обладать выпускник школы?
А.Б.: — Современный выпускник должен обладать не только предметными знаниями, но и гибкими навыками, эмоциональным интеллектом, ответственностью за свои слова и поступки, умением планировать, ставить цели и понимать, зачем ты к ним идешь. Важно уважать окружающих и место, в котором живешь, бережно относиться к природе. Все это формирует зрелую личность. Я часто говорю своим ученикам, что предметные знания — это замечательно, но главная задача школы — не только научить математике, русскому языку или литературе. Мы хотим, чтобы дети вышли из школы хорошими людьми.
N: — Какие цели ставите на ближайшее время? Есть ли новые проекты, в которых планируете принять участие?
А.Б.: — Целей у меня несколько. На данный момент я участвую только в «ТопБлоге». Пока не могу сказать, буду ли присоединяться к каким-то другим проектам. Для меня сейчас очень важно развивать собственный блог. Хочу вкладывать в него больше времени и сил. И конечно, одна из главных целей связана со школой. Впереди у меня девятый класс, и мне хочется достойно подготовить ребят к выпуску.
