Семья сестер

Как и для чего современная девушка с университетским образованием стала сестрой милосердия? Кажется, само это понятие из какого-то далекого прошлого. При этом желающих стать сестрами милосердия в России сегодня становится все больше. Только в Ростове-на-Дону работает несколько сестричеств при православных храмах, в стране их насчитывается уже более 400.

В России первая община сестер милосердия появилась в 1844 году. Позже, во время Крымской войны и Первой мировой, сестры милосердия проявили настоящий героизм, помогая раненым не только в лазаретах, но и на поле боя.

Одну из самых известных общин — Марфо-Мариинскую обитель милосердия — создала в начале прошлого века великая княгиня Елизавета Федоровна Романова (в 1992 году Русская православная церковь причислила ее к лику святых). Имя преподобномученицы великой княгини Елисаветы носит сестричество Ростовского кафедрального собора Рождества Пресвятой Богородицы. Именно сюда в 2019 году и пришла Вероника:

— Я училась в архитектурном институте Южного федерального университета. Одна моя однокурсница страдала от несчастной любови. И я предложила ей переключиться, кому-то помочь. Если тебе плохо, надо найти того, кому еще хуже, начать ему помогать, и тогда твои проблемы покажутся мелкими. Потом подумала: «Хорошо, я ей это посоветовала, а сама?» Несколько месяцев следила за группой сестричества кафедрального собора во «ВКонтакте», но никак не решалась написать. Потом все-таки отправила сообщение, мне перезвонила старшая сестра. С этого все и началось. Я не знала, по большому счету, куда я иду. Если бы знала, что меня ждет, то, наверное, постаралась бы прийти в сестричество гораздо раньше. Почему? Мне всегда хотелось иметь много братьев и сестер. И хотя у меня есть родные брат и сестра, но казалось, что трое детей — это обычная семья. Когда пришла в сестричество, то обрела огромную семью. Это целый мир людей, близких по духу. Трудно объяснить словами, можно только прочувствовать.

Около полугода Вероника помогала сестрам как волонтер. Потом ее приняли в послушницы, еще через полгода — в сестры. Облачение сестры — белоснежные передник и апостольник (головной убор, похожий на косынку, с вышитым красным крестиком). В таких же точно апостольниках — сестры милосердия на старых дореволюционных фотографиях.

Веронике дали послушания — координировать хор сестер, заниматься дизайном листовок. Еще она ведет проект «Ангелы милосердия» (его создали для маленьких девочек, которые хотят вместе с сестрами участвовать в делах милосердия). Но самое главное — помощь конкретным людям.

— Когда я только пришла в сестричество, боялась, что сделаю что-то не так, — вспоминает Вероника. — В первый раз приехала в ночлежку для бездомных. Нужно было покормить постояльцев. Стала разливать еду по тарелкам и увидела, что у одного мужчины нет пальцев на руке. Всем налили чай, надо было размешать сахар. Я сразу вспомнила своего папу, у которого нет на руке нескольких пальцев. Решилась подойти и помочь. Это был мой первый контакт.

Потом Веронике поручили помогать по хозяйству, как она говорит, «одинокой бабулечке».

— Когда человек вращается в своем кругу, он и не подозревает о том, как много вокруг несчастных и обездоленных людей, кому нужна помощь. Мы их просто не замечаем, — считает Вероника.

Сестричество окормляет беженцев, поддерживает многодетных, семьи с особенными детьми. Сестры приходят в больницы, в том числе в паллиативное отделение, к безнадежно больным.

— Когда я в первый раз пришла, не знала, что говорить больным. Было очень сложно. И при этом я понимала, что именно сюда, в хоспис, мне обязательно надо приходить. Когда ты здороваешься, и пациенты видят, что ты в апостольнике, и значит, пришел «от церкви», люди по-разному реагируют: кто-то не хочет говорить, люди ведь разные. Мне тяжело дается контакт с людьми. Но я понимаю, что служение в больницах, госпиталях — самое важное. Только сострадание помогает понять, что я еще живой человек. В хосписе ты не можешь взять и расплакаться. Пришла — помогай. Иногда просто важно с человеком быть. За руку подержать. Мы живем и не задумываемся, по большому счету, о самом главном. Например, когда-то я так же могу оказаться в больнице, и ко мне никто не придет… Смерть кажется далеко, а она рядом. Ковид это показал. Если ты все это осознаешь, что придется менять что-то в своей жизни. Не все к этому готовы.

Вероника вспоминает, что однажды в хосписе на ее глазах умер мужчина. Что делать в такой ситуации, она не знала:

— Подошла и обняла женщину, его родственницу. Это первое, что пришло в голову.

На вопрос, зачем погружаться в чужие проблемы, общаться с больными, несчастными, социально неблагополучными людьми, у Вероники есть свой ответ:

— Конечно, мы живем в обществе потребления, но все равно у каждого есть потребность отдавать, каждый ищет смысл жизни. Кто-то раньше этим начинает заниматься, кто-то позже. Если не находит — чувствует пустоту. Я, например, пыталась ее заполнить в институте всякими развлечениями. Но путешествия, еда — кратковременные удовольствия. А у каждого есть какое-то свое предназначение. Когда я поняла, что для меня смысл в служении, в жизни сразу как-то все устаканилось, стало на свои места.

Рассуждая о таких непростых вещах, Вероника признается, что может назвать себя счастливой:

— Чем больше отдаешь, тем больше появляется сил. И от этого становишься счастливее. Это работает. На 100% работает.