Погрязший в долгах, нищий, невыездной

Михаил Парамонов должен по 14 исполнительным листам 14,12 млрд руб. Взыскателями выступают банки и юрлица. Основными кредиторами ТагАЗа являются Сбербанк и ВТБ. Последнему удалось наложить арест на квартиру Парамонова в районе Версаля. Эксперты считают, что шансы получить что-то по этим исполнительным листам связаны только с зарубежными активами Михаила Парамонова. Но найти их и добиться продажи в погашение долга будет непросто.
 
Одно из редких и последнее на сегодняшний день появление Михаила Парамонова (на фото в центре) на публике. В феврале 2012 года он встречал на ТагАЗе губернатора Василия Голубева (справа). Круг приглашенных областной администрацией СМИ согласовывался с г-ном Парамоновым. «Город N» в этот список не попал, но корреспондент газеты все равно присутствовал на встрече. Михаил Парамонов привычно уклонялся от общения с журналистами и только по настоянию губернатора сказал пару слов для СМИ о возможном сотрудничестве с FIAT. До сего момента у завода нет стратегического партнера, а сам г-н Парамонов теперь должен 14 млрд рублей, и если когда-нибудь приедет, то больше не сможет покинуть страну. Первая половина 2014 года ознаменовалась для создателя финансово-промышленной группы «Донинвест» Михаила Парамонова началом нескольких исполнительных производств по взысканию с него многомиллиардных долгов. В реестре Федеральной службы судебных приставов (ФССП) г-н Парамонов состоит с 12 октября 2012 года. В 2012-м и 2013-м, судя по сведениям реестра, он уклонялся от уплаты штрафов ГИБДД, не платил страховые взносы на сумму в несколько тысяч рублей. В этот период фигурируют только две относительно большие задолженности — 70 млн руб. и 18 млн руб. Но с января по апрель 2014 г. судебные приставы получили на руки исполнительные листы на миллиарды рублей.

В ответ на запрос N в ФССП о долгах Михаила Парамонова пресс-служба ростовского регионального управления службы сообщила:

— На исполнении в Межрайонном отделе по особым исполнительным производствам Управления ФССП России по Ростовской области находится сводное исполнительное производство, объединяющее 14 исполнительных производств, возбужденных на основании исполнительных документов о взыскании с должника П. общей суммы задолженности в размере 14122547860,68 рубля. Взыскателями по указанным исполнительным производствам выступают банки и юридические лица — организации.

Крупнейшим активом созданной г-ном Парамоновым финансово-промышленной группы «Донинвест» был Таганрогский автомобильный завод, построенный в 1998 году, проектной мощностью 120 тыс. автомобилей в год. Завод относительно успешно развивался, продавая до кризиса 2008 года до 100 тыс. автомобилей в год.

— ТагАЗ в середине нулевых годов был одним из самых привлекательных заемщиков в области, — вспоминает банкир, пожелавший остаться неназванным. — Банки чуть не в очереди стояли за право его кредитовать. Хотя самые осторожные обращали внимание на отсутствие у компании плана развития, продуманной инвестиционной политики. Но, конечно, важны были и всем известная близость Парамонова к тогдашнему губернатору, и его многочисленные активы. В конкуренции за кредитование ТагАЗа побеждали самые большие, именно они могли предложить самые низкие проценты.

Основными кредиторами ТагАЗа к концу 2008 года были Сбербанк (6,3 млрд руб.), ВТБ (6,5 млрд руб.) и Газпромбанк (2,5 млрд руб.).

— Стандартным условием выдачи кредитов было и остается личное поручительство собственника бизнеса, — продолжает банкир. — Это, скорее, формальность, поскольку банки не проводят аудит имущества. В российских условиях это больше психологическая мера, прежде всего чреватая запретом на выезд за рубеж. Взыскать доли заемщика в компаниях почти невозможно, поскольку всеми его активами юридически владеют офшоры. Решения по кредитованию ТагАЗа принимались всегда на уровне московского руководства банков. Никому тогда и в голову не могло прийти, что всесильный Парамонов может не расплатиться.

Как известно, в конце 2008 года завод стал испытывать трудности со сбытом, оборотными средствами, что привело к просрочкам платежей по кредитам. Михаил Парамонов тогда обвинил госбанки в завышенных ставках, что послужило началом его длительного противостояния с пулом кредиторов.

Спасать завод, на котором работало несколько тысяч таганрожцев, взялся премьер-министр Владимир Путин, который провел совещание по этому поводу 8 декабря 2011 года, где, по сути, обязал госбанки пойти навстречу автомобилестроителям. В феврале 2012 года завод посетил губернатор Василий Голубев. В обоих мероприятиях, естественно, принимал участие Михаил Парамонов, по неофициальной информации, каждый раз специально приезжавший для этого из Франции. Но попытки вывести завод из кризиса не дали результатов.

В настоящее время на ТагАЗе введено конкурсное производство, а банки обратили взыскание и лично на Парамонова. Встречи с премьером в Москве и губернатором в Таганроге прошли до того, как Парамонов попал в реестр должников и стал невыездным. После этого информации о его визитах в Россию не было. Он дал пару интервью, в которых продолжал клеймить банкиров, но, скорее всего, они были дистанционными. И если граница на замке, то он больше не захочет въехать, а если въедет, то останется навсегда.

— В случае возбуждения в отношении физического лица исполнительного производства и реализации в отношении него меры принудительного исполнения в виде установления временного ограничения на выезд с территории России должник должен приложить все усилия к окончанию или прекращению возбужденного исполнительного производства для снятия с себя ограничительных мер, — заявила N юрист юридической фирмы «Эберг, Степанов и партнеры» Екатерина Баринова. — Следовательно, он не имеет иных легальных путей выезда с территории России, кроме случаев полной оплаты им долгов, а также, например, заключения им мирового соглашения с взыс­кателем. Ему также может помочь сам взыскатель: он может отозвать исполнительный документ, на основании которого исполнительное производство было возбуждено.

Трудно представить, чтобы Парамонов вынул из кармана полмиллиарда долларов, или расплатился ТагАЗ, или менеджеры госбанков взяли бы на себя ответственность отозвать эти исполнительные листы. Наоборот, банки настроены довольно решительно. «Интерфакс» сообщал, что ВТБ прошлым летом добился в апелляционном суде Версаля ареста имущества Михаила Парамонова, включая виллу на острове в нижнем течении Сены на сумму, эквивалентную 640 млн руб.

Ищут имущество Михаила Парамонова и судебные приставы.

— В рамках сводного исполнительного производства судебным приставом — исполнителем с целью установления имущества должника П. неоднократно направлялись запросы в органы, осуществляющие регистрацию прав собственности и учет различных видов имущества: в БТИ, ГАИ, Росреестр, МИФНС, Центр ГИМС МЧС России по Рос­товской области, Азово-Донское управление Государственного морского и речного надзора, ДИЗО, а также в банки и иные кредитные организации, на которые получены отрицательные ответы, — сообщили N в пресс-службе управления ФССП по Ростовской области. — Неоднократными выходами по месту ре­гистрации должника установлено, что должник по адресу не проживает с февраля 2012 г., постоянно находится за пределами Российской Федерации, точный адрес не извес­тен. Таким образом, в ходе сводного исполнительного производства установлено, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание в рамках исполнительного производства. Должник П. самостоятельно мер, направленных на погашение имеющейся задолженности, не принимает.

Неофициально судебные приставы посетовали на сложность поиска и взыскания имущества за рубежом и дали понять, что рассматривается возможность возбуждения уголовного дела за умышленное уклонение от исполнения решения суда.

— Необходимо заметить, что ст. 315 УК РФ, которая непосредственно устанавливает ответственность за неисполнение решения суда, в данном случае применена быть не может, так как субъектом преступления должно являться должностное лицо, — считает Екатерина Баринова. — Но уголовным законодательством Российской Федерации предусмотрена ответственность физического лица за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в размере более 1500000 рублей после вступления в законную силу соответствующего судебного акта (ст. 177 УК РФ). Максимальное наказание за данное преступление — до двух лет лишения свободы. Основанием для возбуждения уголовного дела по ст. 177 УК РФ могут являться как действия должника, например представление судебному приставу — исполнителю недостоверных сведений о своих источниках дохода и имущественном положении, сокрытие доходов и имущества, перемена мес­та жительства, работы, анкетных данных, выезд за рубеж с утаиванием места своего пребывания, совершение сделок по отчуждению имущества, передача его третьим лицам и т. д., так и его бездействие в форме неявки по вызовам судебного при­става — исполнителя, непринятие мер по исправлению неблагоприятной финансовой ситуации и т. д.

Удивительной на этом фоне выглядит волна публикаций в местных деловых СМИ в мае этого года о покупке известным продюсером Анд­реем Разиным банка «Донинвест». Сам г-н Разин давал понять в СМИ, что стороной в переговорах о покупке банка выступал именно Михаил Парамонов, хотя в списке собственников по понятным теперь причинам создатель ФПГ «Донинвест» не значится. Крупнейшие акционеры — бывший предправления банка Алла Хвесько и Олег Михайлович Парамонов.

Сделка, по обещаниям Андрея Разина, должна быть вскоре закрыта. Судя по аналогичным сделкам, банк может стоить около 553 млн руб. (капитал банка на 01.01.2014).