Адвокат предпринимателей с «Атлант-сити»: «Практически все высказались в нашу пользу!»
Олег Михайленко, управляющий партнер адвокатского бюро «Михайленко и партнеры», представитель Алексея Дзарданова в Конституционном суде ответил на вопросы корреспондентки N сразу после заседания, на котором рассматривался вопрос правомерности решений судов о сносе магазинов на территории бывших аксайских рынков.
N: — Какое впечатление оставил КС?
О.М.: — Конституционный суд, конечно, создает ощущение, что ты приходишь в дом Фемиды. И это настоящий Высокий суд — обстановка соответствующая. Я волновался как мальчишка. Не знаю, это было заметно или нет, но меня колотило. Но уже когда вышел к трибуне, успокоился. Это опыт преподавания, который всегда со мной. Заседание прошло отлично. После каждого выступления мы с Екатериной (Екатерина Маркина, представительница Данила Кравченко и Евгения Маслякова. — N) еле сдерживали себя, чтобы не начать аплодировать.
N: — Чего вы ждете от решения суда?
О.М.: — Начать надо с того, что когда в 2021 году у предпринимателей по иску прокуратуры изъяли участки, мой клиент Алексей Дзарданов пошел в арбитражный суд, сказав: «Как бы ни было неприятно, мы признаем решение об изъятии земли. Но у нас же есть легальная постройка, которая зарегистрирована в ЕГРН, мы все построили по закону. Дайте нам право арендовать землю». Администрация Аксайского района сказала: «Нет». Более того, администрация Аксайского района сменила назначение участка на «благоустройство». Кстати, я заметил, что именно эта администрация часто так делает в случае споров с арендаторами. Мой клиент начал оспаривать отказ, а администрация вышла со своим иском — о признании строения самовольным и о сносе за счет собственника. И суды администрацию поддержали. Алексей пришел ко мне. Это было год назад. Я сразу сказал, что нужно готовиться к Конституционному суду. В апелляционном суде я попросил обратиться за разъяснением в КС. Но мне отказали. То же самое — и в кассационном суде. Мы прошли все стадии. Когда Верховный суд нам отказал — жалоба у нас уже была готова. Когда мы ее подали, оказалось, что в это время уже была жалоба Кравченко и Маслякова. Нас соединили. Я смотрел на эти дела как теоретик права: самовольным строение является, если я нарушаю нормы. Такое строение подлежит санкции в виде сноса. Но что, если я все строю по закону: право на землю зарегистрировано публичным органом, назначение участка соответствующее, получено разрешение на строительство, на ввод эксплуатацию — все это выдают власти. Их ничего не смущает. Их 20 лет после приватизации ничего не смущало. Главный вопрос, который я ставил: в законе прямо написано, что если лицо, которое возвело здание, не знало или не могло знать об ограничениях, то постройка не считается самовольной. И я говорю: подождите. У меня ситуация еще лучше: в момент постройки ограничений не было вообще. Власти все согласовали. При этом мы менее защищены, чем те, которые строили при ограничениях, но просто о них не знали. Я думаю, эта коллизия суд заинтересовала. Практически все — и Минюст, и правительство, и Институт правоведения — высказались в нашу пользу! И вот если КС нас поддержит, первое, что мы сделаем, — пойдем пересматривать решение арбитражного суда о признании самовольной постройки и сносе. С высокой степенью вероятности мы эти решения отменим. Мы сможем добиться аренды земли под этим строением. Пусть это будет не та большая площадь, которая принадлежала моему доверителю, но он получит землю, необходимую для эксплуатации его здания. И потом уже как собственник здания он получит право приватизации. Кроме того, у другого моего доверителя было строение, которое уже снесли. Мы планируем взыскать с администрации Аксайского района стоимость этого строения, опираясь на свежее постановление Конституционного суда от 29 октября 63П.
N: — А если до решения Конституционного суда постройки предпринимателей снесут? Ведь исполнительное производство уже начато.
О.М.: — Мы сможем пойти за взысканием убытков.