Полицейские признали эффективность волонтеров
Хотя добровольческий поисковый отряд «Лиза Алерт Юг» еще не имеет юридического статуса, полицейские признали его эффективность. С 31 октября в официальных рассылках сообщений УМВД по Ростову о розыске пропавших после телефонов полицейских и экстренных служб следует: «Волонтерская организация по поиску пропавших без вести «Лиза Алерт Юг» 88007005452 (бесплатная горячая линия)». Таким образом в полиции отметили первую годовщину успешного сотрудничества с волонтерами и заявили о готовности продолжать совместную работу.
Ежегодно в России в розыске находится более 100 тысяч лиц, пропавших без вести. По состоянию на 1 июня 2013 года в РФ разыскивались 862 несовершеннолетних и 472 малолетних ребенка. Согласно данным МВД, подавляющее большинство пропавших детей самовольно ушли из дома. Эффективность розыска детей уже десять лет держится на отметке 90–92%, а взрослых — более 50%. Ростовская область считается благополучной: в среднем в год в розыске числится немногим более тысячи человек. В 2013 году только в Ростове уже найдены 150 человек, остались в розыске (включая пропавших много лет назад) 357. Добровольцы принимали участие в розыске 66 детей и 147 взрослых.
О том, как организована работа в Ростове, рассказал начальник отделения розыска УМВД по Ростову Тарас Налбандян.
N: — Всегда ли привлекают к розыску волонтеров?
Т.Н.: — Не всегда. Бывает, под исчезновением кроется что-то другое, к примеру инсценировка с корыстными целями. По каждому случаю решение принимается отдельно. В основном люди сами обращаются к волонтерам, бывает даже, что мы от волонтеров узнаем о начале поиска.
N: — Существует миф о пресловутых двух сутках, до истечения которых не принимают заявление о пропаже.
Т.Н.: — Недавно опять был такой случай: мать пропавшей ждала двое суток. Волонтеры позвонили, уже расклейку начинают, а у нас еще нет заявления. Такие случаи приходится вместе с волонтерами урегулировать, чтобы родственники пришли и заявление написали. Для эффективного розыска важны первые 48 часов, особенно когда речь идет о несовершеннолетних.
N: — Какие функции выполняют волонтеры?
Т.Н.: — В основном идет расклейка листовок, поиск через интернет, могут договориться и с телевидением, организуют показ на мониторах. Но такие глобальные мероприятия обязательно с нами согласуют. Для распространения информации нужны справки о том, что человек в розыске, разрешение от родственников.
N: — Бывают случаи, когда именно волонтеры находят пропавших?
Т.Н.:— Постоянно. Особенно, когда речь идет о «бегунках» — несовершеннолетних. Волонтеры, как и полицейские, собирают статистику, анализируют каждый случай. Ребята, которые бегут из детских домов, реабилитационных центров, в основном никуда не пропадают, максимум — до ближайшего компьютерного зала или магазина с приставками. Расклейка в таком случае не эффективна: увидев ориентировки, дети, наоборот, прячутся. Добровольцы берут количеством, у них нет бумажной работы — получили заявку и побежали. Есть костяк, человек двадцать, но могут собрать единовременно и сто, и двести, со специальной подготовкой, оборудованием. Могут быстро организовать прочесывание лесопарковых зон — два случая было по лесу с разницей буквально в неделю, когда нашли в Первомайском районе повесившихся. В прессу, в интернет такие информация и фото не идут, но факты имели место — тела нашли именно волонтеры.
N: — Деятельность волонтеров привлекла внимание общественности к тому, сколько людей пропадает без вести. Как сказалось обнародование такой информации на имидже полиции?
Т.Н.: — Волонтеры публикуют не только информацию о пропавших — посмотрите их страницу в «ВКонтакте»: практически каждая ориентировка с пометкой «Найден. Жив». Люди это видят, так что, скорее, это положительно сказывается на имидже и волонтеров, и полиции.
