«Зойкина квартира» открыла свои двери в Молодежном
Молодежный представил премьеру спектакля «Зойкина квартира» по одноименной пьесе Михаила Булгакова в постановке главного режиссера театра Михаила Заеца. Жанр шуточно обозначен как «мутная история». Действие происходит в 20-е годы прошлого века, во времена нэпа. Зоя Пельц получает разрешение открыть пошивочную, но за ширмой мастерской устраивает публичный дом.
Текст остается почти неизменным, однако булгаковские акценты смещаются. Спектакль не о «дельцах нэпманского пошиба». Обличение нэпа не стоит целью, однако политический месседж в постановке присутствует. В интерпретации Молодежного на передний план выходят загнанность героев, невозможность уехать во Францию, куда они все так стремятся, утраченные иллюзии и разбитые мечты о красивой жизни. Тема несвободы раскрывается в основном с помощью сценографии, звукового и музыкального оформления спектакля. Художественным пространством, в котором разворачиваются события, в первой части спектакля становится зал ожидания вокзала. Именно туда отправляют героев режиссер и художник. Герои, что называется, на чемоданах, чего-то ждут, надеются, а поезд то откладывается, то задерживается, идут сплошные маневровые. Об этом пассажирам неустанно сообщает репродуктор. Воссоздана суета вокзала: толпы людей, мечущихся и не знающих, куда бежать, шум, гудки, стук колес, выхлопы.
В какой-то момент декорации меняются и зритель переносится в публичный дом, где Зойка плетет интриги. Булгаков определял жанр пьесы как трагифарс. Именно в сценах вечеров начинается настоящая буффонада: танцы в опиумном угаре, французские песни, неожиданные встречи, комичные, нелепые ситуации. Место, в котором располагается «веселый дом», на советскую квартиру не похоже. Авторы спектакля воссоздают на сцене французское кабаре. Герои не могут уехать и устраивают его у себя дома. На протяжении всего спектакля на фоне и зала ожидания, и яркого светящегося кабаре — железный занавес, не дающий забыть о времени, в котором происходит действие пьесы. Он и поезд — это ключевые образы постановки. Занавес в конце со скрежетом опускается, поезд отправляется. Но не в Париж, а в Воркуту.
— Играть пьесу как сатиру на нэп, на мой взгляд, мелко. Тем более что народ сегодня часто не знает, что такое нэп. Мы играем ситуацию. Это вневременная история. Мне нравится тема с железным занавесом, который захлопывается время от времени в нашей стране. Кто знает, может быть, скоро это опять произойдет. В этом закрытом пространстве прорастают цветы зла, как у Бодлера. Ведь если бы свои силы Зойка направила в какое-нибудь другое русло, я думаю, Фурцева бы отдыхала, — говорит Михаил Заец.
