г. Ростов-на-Дону
20 Февраля 2020 11:52:25

«В настоящее время наша задача — купить больше рыбы для удовлетворения спроса»

Ростовское предприятие «Русский берег» увеличило мощности переработки рыбы южных морей и рек в 2 раза, до 5 тысяч тонн в год. По словам его исполнительного директора Ольги Шумейко, спрос на продукцию резко вырос из-за сокращения импортных поставок.
«В настоящее время наша задача — купить больше рыбы для удовлетворения спроса»

Компания «Русский берег» достраивает камеру для хранения продукции, рассчитанную на 500 тонн. По завершении программы удвоения мощностей в компании рассчитывают увеличить ежегодную выручку на 30%, до 250 млн рублей. Объем инвестиций в программу составил около 8 млн рублей. Большая часть продукции сейчас поставляется оптовым дистрибьюторским компаниям России, в планах — поставки в Белоруссию, Украину, Казахстан. N: — Почему ваша компания решила увеличить мощности переработки рыбы в 2 раза? О.Ш.: — Мы почувствовали, что с августа прошлого года после введения продовольственного эмбарго на импорт рыбы из некоторых стран и удорожания импортной продукции стал резко расти спрос на нашу речную рыбу — примерно в 1,5–2 раза. После этого мы задумались об увеличении наших объемов хранения и переработки рыбы в 2 раза, до 5 тыс. тонн в год. В течение осени мы продолжали ощущать увеличение спроса и постоянно расширяли ассортимент. На сегодняшний день мы перерабатываем практически всю речную рыбу юга России: судака, кефаль, карася, тарань, воблу, толстолоба, сома, щуку, сазана и прочие породы. Еще постоянно наращиваем объемы перепродажи рыбы других прибрежных производителей — это в основном астраханская и черноморская рыба. Мощности переработки мы уже увеличили, осталось только нарастить площади для хранения продукции. В феврале начали строительство камеры хранения площадью более 500 кв. м, рассчитанной на 500 тонн продукции. Сейчас уже смонтирован металлокаркас, идет монтаж сэндвич-панелей. В начале апреля планируем запустить камеру. N: — Уже закупили оборудование? О.Ш.: — Да, мы уже приобрели немецкое оборудование. Пока мы вынуждены отвлекать для этих целей собственные оборотные средства. Общий объем инвестиций в строительство и оборудование — около 8 млн рублей. Привлечение инвестиционных кредитов сейчас обходится дорого. Наш банк предложил ставку около 26–28% годовых, но мы пока решили обойтись без кредита. В конце марта начнем готовить пакет документов для субсидирования части затрат на закупку оборудования, уже провели предварительные переговоры с Министерством природных ресурсов и экологии Ростовской области. Окупить инвестиции рассчитываем до конца года, в зависимости от того, как будут складываться весенняя и осенняя путины в регионах вылова рыбы. От объемов вылова напрямую зависят цена на закупаемое сырье и, соответственно, рентабельность нашего бизнеса. N: — Ощущает ли ваша компания нехватку сырья? О.Ш.: — Да, это основная проблема, с которой мы сталкиваемся на протяжении последних лет. Если еще 5–10 лет назад Азовское море было полно разной рыбой — судаком, кефалью, бычком, то теперь с каждым годом рыбные ресурсы истощаются. В первое время работы нашего предприятия, в 2007 году, мы специализировались на переработке азовской кефали, поскольку в тот период в Ростовской области и Краснодарском крае было несколько крупных рыболовецких предприятий. Со временем объем местного вылова сильно сократился, и мы начали завозить сырье из других регионов — Астраханской области, Калмыкии, Казахстана, Дагестана, Краснодарского края и Ставрополья, добавляя все новые породы рыбы в свой ассортимент. Сейчас в нашем прайс-листе более 30 видов продукции. N: — Насколько выросли цены на сырье? О.Ш.: — Существенно, на 20–30% по каждому виду рыбы. Например, если в прошлом марте закупали карася не дороже 15 руб./кг, то теперь свежий карась стоит от 20 руб./кг. N: — Какая доля закупок приходится на местное сырье? О.Ш.: — От 20% до 30%, объемы местного сырья из года в год сокращаются. Из местных предприятий сотрудничаем с ЗАО «Миусский лиман» — закупаем у них толстолоба, карася, работаем с прудовыми хозяйствами Ростовской области. Конечно, прудовая рыба — это сезонное направление, большую ее часть вылавливают осенью, весной редко. Сейчас ждем вылова тюльки и карася в Азовском море, судака и сазана в Цимлянском водохранилище. Недавно начали закупать сырье у крымских рыболовецких артелей. На международной выставке WorldFood Moscow 2014, проходившей в столице в сентябре 2014 года, познакомились с представителями крымских рыбодобывающих предприятий и одними из первых начали приобретать у них рыбопродукцию. С прошлого октября объем закупок составил около 1 тыс. тонн хамсы, тюльки. Нам понравилось качество крымской рыбы, хотим развивать сотрудничество. Раньше рынок сбыта крымской рыбы приходился на Украину, однако в связи с запретом на продажу в эту страну производителям пришлось переориентироваться на Россию. N: — Не планируете поставлять в Крым свою продукцию? О.Ш.: — Такие идеи были, даже получали запросы от крымских оптовых компаний. Спрос в Крыму на речную рыбу, представленную у нас в ассортименте, невелик по объему. Транспорт в том направлении весьма дорогой, доставка продукции на рефрижераторе обойдется около 110–120 тыс. руб. и осложнена паромной переправой. Как правило, на полу­остров везется океаническая рыба — дальневосточная, мурманская. N: — Какие сейчас у вашей компании основные регионы сбыта? О.Ш.: — Основной объем продаж приходится на Урал, около 30% сбыта — на Екатеринбург, Челябинск, Нижний Тагил, Пермь, Уфу. Примерно 25% в объеме нашей реализации занимает Сибирь: Новосибирск, Новокузнецк, Томск, Кемерово, Барнаул, Красноярск. Самый дальний наш клиент находится в Чите — на расстоянии более 6 тыс. километров. Еженедельно одна-две машины направляются в ЦФО. Сейчас наши продажи составляют около 300–350 тонн в месяц в зависимости от сезона. Мы ведем поставки крупным и средним оптовым дистрибьюторским компаниям, переработчикам, занимающимся вялением и копчением. Но большая часть продаж приходится на дистрибьюторские организации. Напрямую с сетями мы не работаем, да и не ставили пока такой цели. Это уже другой бизнес, требующий более сложной организации логистики, тщательной проработки клиента. Наши клиенты-оптовики уже сами работают с сетями и частными магазинами. Например, на Урале и в Сибири наша продукция поставляется в сеть элитных продуктов «Бахетле», в торговую сеть «Анникс». На поставки в Рос­товскую область мы не ориентированы. N: — Почему? О.Ш.: — Наши местные жители избалованы свежей рыбой. Например, в Таганроге те виды рыбы, которые мы перерабатываем, люди привыкли приобретать в свежем виде. У нас человек не отправляется в магазин, чтобы купить мороженого судака или карпа. Как правило, рыба хорошо представлена на городских рынках. Кроме того, в Ростовской области много прудовых хозяйств, которые в сезон торгуют охлажденной свежей рыбой прямо со своих машин. На Севере такого нет, поэтому основные наши продажи и сосредоточены там. Но тем не менее мы рады и небольшим местным клиентам, которые сами приезжают к нам на предприятие и покупают от одной коробки нашей продукции. Например, некоторые таганрогские и ростовские рестораны периодически приобретают у нас филе судака. N: — Ведете поставки на европейский рынок? О.Ш.: — Мы поставляли рыбу в страны Европы с 2008 по 2012 годы. В 2007 году, до создания «Русского берега», здесь располагалась компания, основанная нерезидентами, ее строительство вели голландцы. Основным направлением было производство и продажа мороженого филе судака в страны Европы. Потом учредители сменились, было ор­ганизовано новое предприятие. Мы продолжали экспортные поставки, но было очень много ценовых колебаний и других рисков на этом рынке. Обороты в России росли, возникло столкновение интересов внутри предприятия между двумя направлениями деятельности. Когда компания ориентирована на большой объем производства и ассортимент в России, очень сложно параллельно вести производство для Европы — из-за разных требований по качеству, упаковке, уровню глазури, срокам поставки. Постепенно от поставок в Европу мы отказались, сосредоточившись на российском рынке. Однако в любой момент, в зависимости от конъюнктуры рынка, мы можем возобновить внешнеэкономическую деятельность, используя опыт прошлых лет. N: — За счет чего вы конкурируете с другим местным переработчиком? О.Ш.: — Наши конкурентные преимущества помимо широкого ассортимента — развитая клиентская база и отработанная логистика. Нам удается формировать сложные сборные грузы, а это кропотливая работа. Если раньше при больших объемах кефали можно было одному клиенту продать 20 тонн рыбы без особого труда, то сейчас нам приходится для формирования машины принимать заявки от 7–8 клиентов, на каждого из них приходится в среднем 2–3 тонны продукции. Если мы продаем 350 тонн в месяц, то обрабатываем около 150 заявок клиентов, при этом продажами занимается всего 2 человека. За 8 лет деятельности наработан большой опыт, выстроены сложные маршруты по стране. N: — Доставку осуществляете на собственных машинах компании? О.Ш.: — Нет, мы нанимаем для этого местные транспортные компании. Это отдельный бизнес, и у нас пока нет планов заниматься перевозками, мы сосредоточены на переработке и реализации рыбы. N: — По данным правительства Ростовской области, оборот вашей компании по итогам прошлого года составил около 190 млн рублей. Вы наблюдали положительную динамику в выручке? О.Ш.: — Да, по итогам 2014 года мы вы­шли примерно на такой показатель, был прирост более 20% по сравнению с 2013 годом, несмотря на пережитый пожар. В этом году рассчитываем выйти на объем продаж не менее 250 млн рублей. N: — Какие еще задачи будете решать в этом году? О.Ш.: — Одна из главных — это постоянное расширение клиентской базы: чем больше охватим предприятий, тем больше диверсифицируем риски. Сейчас у нас более 150 клиентов. Еще хотим выйти на рынок ближнего зарубежья — Белоруссию, Украину, Казахстан. В этих странах большие рынки сбыта и потребности в рыбной продукции. В нынешнем году мы получили разрешение на вывоз нашей продукции в Украину. Планируем там тоже сотрудничать с оптовыми компаниями, рассчитываем частично заместить Крым. Пока точные объемы продаж не просчитывали, но собираемся выйти на эти рынки с текущего года. N: — Как повлиял курс валют на деятельность «Русского берега»? О.Ш.: — Нас это стимулировало к увеличению мощностей и объемов продаж, привело к повышению спроса на нашу рыбу. Оптовые компании, ранее не работавшие с российской рыбой, начали вводить ее в свой ассортимент для замещения импортных позиций. Если раньше мы проводили большую работу, чтобы сформировать сборную машину — обзванивали клиентов, рассказывали обо всех позициях, предлагали их, то сейчас наша задача — купить больше рыбы, чтобы удовлетворить заявки клиентов, которые поступают постоянно. N: — Как продвигаете продукцию? О.Ш.: — Мы практически не занимаемся рекламой и продвижением целенаправленно. Первоначально клиентов находили через специализированные интернет-ресурсы, обзванивали, рассылали прайс-листы, собирали заявки на продукцию. А дальше просто стараемся с каждым найденным клиентом выстраивать работу так, чтобы ему было удобно и выгодно покупать речную рыбу только у нас. Используем также специализированные выставки — впервые в прошлом году в Москве участвовали в  WorldFood Moscow 2014, после участия в ней у нас появилось более десятка новых клиентов. N: — Рыбколхоз им. Мирошниченко начал производство охлажденных стейков из карпа и толстолобика объемом около 5–7 тонн продукции в месяц. На ваш взгляд, будет ли востребован такой продукт? О.Ш.: — Думаю, да. Сейчас люди стремятся тратить как можно меньше времени на приготовление еды. Готовый разделанный стейк сокращает это время. Главное — быстро довезти эту продукцию до прилавка, поскольку это продукт с коротким сроком хранения. Нам в этом плане проще — мороженая рыба или филе хранятся от 6 месяцев до 1 года при наличии глазури. N: — С какими сложностями сталкиваетесь в процессе развития компании? О.Ш.: — Основная проблема, как я и говорила, — нехватка сырья. Конечно, бывают и другие сложности. В апреле прошлого года на нашем предприятии был пожар из-за короткого замыкания, полностью сгорело оборудование, производственные мощности, более 80 тонн рыбы. Кредиты в один момент стали необеспеченными, поскольку сгорело залоговое имущество. Но обслуживающий нас Россельхозбанк не только не стал их отзывать, а пролонгировал на несколько месяцев и еще предоставил инвестиционные кредиты на восстановление предприятия. Это очень помогло нам, поскольку еще не был решен основной вопрос — с выплатой страховки. В свою очередь, мы не допустили ни одного дня просрочки по кредитным обязательствам. Всего на восстановление предприятия после пожара ушло около 30 млн рублей. В августе «Россельхозстрахование» полностью выплатило нам сумму страхового возмещения. Поэтому нам удалось сохранить и быстро восстановить бизнес. N: — Как оцениваете сотрудничество с банками? О.Ш.: — Сейчас мы продолжаем работать с Россельхозбанком, пролонгированные кредиты уже погасили, инвестиционные выплачиваем по графику. После повышения учетной ставки Центрального банка в декабре прошлого года ставки кредитования резко повысились. К счастью, наш банк не стал пересмат­ривать ставки по действующим договорам, но по новым кредитам ставка выросла до 25–26% годовых. Пока наш бизнес на подъеме и тянет такие проценты, но вообще привлечение таких дорогостоящих заемных средств рискованно для любого, даже самого устойчивого бизнеса. В дальнейшем мы рассчитываем на снижение ставки по краткосрочным кредитам.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ