г. Ростов-на-Дону
25 сентября 2021 03:24:09

«Это дело приносит мне массу удовольствия»

Основатель старейшего дайвинг-клуба Ростова «Аква-Дон» Александр Ярмыш известен в ростовских бизнес-кругах как организатор уникальных туров, способных поразить воображение людей, которые успели повидать мир. Недавно ГК «Аква-Дон» организовывала путешествие в Папуа — Новую Гвинею для группы бизнесменов, включая Бориса Титова, уполномоченного по правам предпринимателей при президенте РФ. В этом году компания планирует рыбалку и дайвинг в Норвегии и костюмированный винный марафон во французском Бордо.
«Это дело приносит мне массу удовольствия»

Сегодня ГК «Аква-Дон», выросшая из дайвинг-клуба, объединяет три направления: обучение дайвингу, организацию путешествий и производство подводного снаряжения под брендом Aqua-Diskovery. Если путешествия — самое феерическое направление бизнеса, то производство — самое выгодное. Сегодня компания поставляет на российский рынок и в страны СНГ несколько тысяч гидрокостюмов в год и шьет на заказ снаряжение для клиентов со всей России.


N: — Расскажите о туристическом направлении ГК «Аква-Дон». Что вы предлагаете такого, чего, скажем, дайвингист с опытом не сможет организовать для себя сам?

А.Я.: — Каждая наша поездка — это эксклюзив. Причем не только в дайвинге. Большинство предлагаемых нами программ вы не найдете ни в одном туристическом агентстве. Мы обязательно сочетаем ныряние с событиями. Например, не так давно мы организовывали специальную поездку в Папуа — Новую Гвинею для нескольких серьезных бизнесменов, в число которых входил и Борис Титов — уполномоченный по правам предпринимателей при президенте РФ.

Мы так организовали эту поездку, что помимо дайвинга на очень классной яхте мы смогли принять участие в настоящем папуасском фестивале, на который жители со всей страны приезжают в маскарадных костюмах. Такого вы никогда не видели!

Несколько месяцев назад мы устраивали очень интересный тур на юг Африки с посещением ЮАР, Замбии и Ботсваны. Начало в Кейптауне, винный тур, посещение страусиной фермы, купание около мыса Доброй Надежды — это стандартная программа, которую делают все. А дальше мы поехали смотреть на большую белую акулу — это уже не каждый может организовать. А потом нас ждало чудо света: 2 недели в году в специальном месте около Дурбана наблюдают ход сардин. Только в этом месте они идут очень близко к поверхности воды и относительно недалеко от берега, и только там их можно заснять. Это небольшая рыбка, но ее столько, что все животные приходят туда подкрепиться ею. Туда приезжают фотографы крупнейших мировых агентств: мы наблюдали около 10 специальных лодок National Geographic, BBC и т. д. Все это время там кружит вертолет, передавая сообщения о движении косяков. Мы встали рано, забрались в лодку, плывем — и видим облако. Подплываем ближе и понимаем: это бакланы! Они начинают пикировать в воду у нас на глазах. Затем мы погружаемся и вначале видим только серебристую пыль от чешуи, потом туман рассеивается, оборачиваемся и замечаем, что среди сардин, дельфинов, акул и птиц на нас идет кит...

В Ботсване есть возможность погрузиться на специальную лодку, оборудованную зум-объективами длиной более метра, с помощью которых можно, например, сфотографировать глаз крокодила, который находится от тебя в 20 метрах. Или бегемота, к которому вообще нельзя подходить, — это самое страшное животное в Африке.

Мало кто в России так обстоятельно подходит к выбору яхты для дайвинга, как мы, в частности подыскиваем яхты с очень опытными командами. Эти яхты не только комфортны и не воняют соляркой, но и оснащены современным оборудованием. Если мы включаем в программу класс по ребризеру (разновидность снаряжения для подводных погружений. — N), то давать его будет один из лучших преподавателей мира. Вот мы едем в ЮАР смотреть большую белую акулу — с нами ныряет Анри Хартман. Это маэстро, номер один в «акульем» дайвинге. Он знает повадки акулы настолько хорошо, что может схватить ее за передний плавник и плыть вместе с ней — на YouTube есть видео, посмотрите.

Всегда с каждой группой едет наш специалист-инструктор.

Мы организуем не много туров, но качественно. На подготовку иного путешествия мы тратим до года.

N: — А какие у вас планы на этот год?

А.Я.: — В этом году мы организуем рыбалку и дайвинг в Норвегии. Приезжаем туда, когда еще холодно. Для погружения в ледяную воду у нас специальные «сухие» гидрокостюмы (не пропускающие воду внутрь. — N). Ныряем за камчатским крабом. Это гигантское существо, самый большой краб в мире. (Широко разводит руки.) Помимо него там можно вытащить палтуса весом до 70 кг. В начале сентября мы организуем уникальный тур — винный марафон. Самое лучше вино — во Франции, самое лучшее красное вино — в Бордо. Одно из лучших мест — район Медок. В этом году там состоится 29-й винный марафон с дистанцией 42 км. Все участники бегут в карнавальных костюмах. Тема этого года — научная фантастика. Через каждый километр стоит «дозаправочная» станция, где можно попробовать лучшее вино. Победитель получает самого лучшего вина столько, сколько весит сам. А самое лучшее вино — это петрюс, бутылка хорошего винтажа, к примеру 2005 года, стоит 4,5 тыс. евро.

N: — Откуда вы узнаете о таких нюансах?

А.Я.: — Во-первых, как член международной Профессиональной ассоциации дайвинг-инструкторов (PADI) я регулярно общаюсь с коллегами из-за рубежа. Как коллеге они рассказывают мне больше, потому что у нас такое правило — друг другу подсказывать. А поскольку PADI контролирует более 70% всего дайвинга мира, я получаю информацию, которую никто не получит.

Во-вторых, я регулярно посещаю крупнейшую международную выставку DEMA Show, которая проходит раз в год в США. Там встречаются все профессионалы и в сфере производства экипировки для дайвинга, и в сфере туризма. Общаясь со специалистами, я узнаю там о новом оборудовании, о новых предложениях, нахожу лучшие яхты, маршруты.

N: — Каков средний чек вашего тура?

А.Я.: — Конечно, все зависит от программы. Но большая часть поездок стоит 1–3 тыс. долларов без учета перелетов. Группы собираются разные, но в основном по 12–20 человек.

N: — Охарактеризуйте масштаб бизнеса ГК «Аква-Дон».

А.Я.: — Наш бизнес нельзя назвать большим. (Смеется.) Сегодня ГК «Аква-Дон» объединяет три направления: обучение дайвингу, организацию путешествий, производство и продажу снаряжения. Мой бизнес небольшой и весьма специфичный: держится на мне и еще на нескольких профессионалах. Зато это дело приносит мне массу удовольствия. Сам я офицер запаса, имею более 33 лет выслуги. Уволился в звании полковника. Помню, еще в советское время смотрел по телевизору передачу «Клуб кинопутешественников», где показывали фильмы Жак-Ива Кусто, и мечтал попасть в этот сказочный подводный мир, но я был военный, мне выезд за пределы СССР был заказан, максимум, на что я мог рассчитывать, — в более хорошем качестве посмотреть этот же фильм.

Когда началась перестройка, появилась возможность выезжать за границу. Мы с женой поехали на Кипр. Там я впервые нырнул в обыкновенных очках. И увидел невероятных рыб — с Черным морем вообще нельзя сравнивать! Тогда я понял: это то, что мне нужно. Невозможно передать восторг от первого опыта погружения с аквалангом. Эта невесомость под водой, эти невероятные впечатления... Я всю жизнь мечтал об этом, и вдруг — бабах, мечта осуществляется! Моим увлечением загорелись многие друзья, вместе с ними я создал первый дайв-клуб в Ростове и одним из первых в России обучился в Москве и Хургаде на инструктора по системе PADI. Примерно в это же время на одной вечеринке в Москве познакомился с Андреем Макаревичем — он уже тогда был известным дайвером. И он мне сказал: «Ты же первый, кому как не тебе! Открывай дайв-центр — это хорошее дело!» Поначалу эта идея казалась мне несерьезной: другое дело — бензоколонка, или водку продавать, или мебель производить. Но не было бы счастья, да несчастье помогло: меня пригласили на серьезную руководящую должность. Я уволился с государственной службы и какое-то время находился в подвешенном состоянии: мне нужно было полгода подождать, пока откроется вакансия. Тогда я и начал открывать дайв-центр. Тут же появилась куча вопросов по бизнесу: в теории-то я был силен (у меня второе высшее образование — экономическое), а практика — это другое! Пытаешься читать книжки, но там ничего нужного не написано! В общем, я увлекся этим проектом.

N: — Какое направление сегодня приносит наибольший доход?

А.Я.: — Производство и продажа снаряжения. Мы разрабатываем дизайн, конструкцию, лекала, и наши партнеры в Юго-Восточной Азии производят неопреновые изделия — перчатки, носки, майки, гидрокостюмы для подводной охоты, дайвинга, других видов водного спорта. Маски, сумки, ласты и другое снаряжение мы закупаем в Китае, их выпускают под нашей маркой. Сейчас в нашем каталоге около 200 наименований изделий. Такой широкий ассортимент необходим для работы с оптовиками: им выгоднее заказать в одной фирме весь ассортимент, чем в каждой фирме закупать несколько позиций.

N: — А как вы от дайв-центра шагнули к собственному производству?

А.Я.: — Все начиналось с торговли снаряжением. Вначале я закупал товар у московских оптовиков, но маржа была маленькая. Я пытался завязать прямые контакты с крупными зарубежными производителями, но куда ни ткнись — все они имели эксклюзивные контракты с москвичами. Помыкавшись таким образом, я стал искать другие пути. На всех костюмах написано «Мэйд ин Чайна». И я понял: надо в «Чайну» ехать! Уже 10 лет мы работаем с Юго-Восточной Азией, 5 лет назад открыли свое небольшое ателье в Ростовской области. Сегодня поставляем на российский рынок и в страны СНГ несколько тысяч костюмов в год. Наверное, в России мы сейчас узнаваемый бренд. Есть помимо нас несколько маленьких мастерских, но они действуют по старинке, не особенно следят за новыми технологиями. Мы же ориентируемся на зарубежных производителей. Я считаю, мы уже достигли уровня таких мастерских, как «Элиус», «Мареа», «Инблю». А уж если брать массовые бренды — «Буша», «Марес», то по сравнению с ними мы предлагаем продукцию не хуже, но несколько дешевле, а главное — ориентированную на наши отечественные условия. По итогам 2011 года на профессиональной выставке «Золотой дельфин» в Москве нас признали лучшим производителем подводного снаряжения в России.

N: — На какой ценовой сегмент вы ориентируетесь?

А.Я.: — На средний. Когда только начинали сотрудничество с производителями на Тайване, ориентировались на низкие цены. Но начались проблемы: швы таких костюмов были очень жесткими, как пила. Человек снимал костюм, и все швы отпечатывались на его теле. Я заказал очень маленькую партию и продавал ее по себестоимости целый год — лишь бы продать! Помню, пришел бригадир раколовов и говорит мне, уважаемому человеку, полковнику: «Костюмы у вас хреновые. Я бы даже так сказал — гов... у вас костюмы». А я открываю рот как рыба, не знаю, что сказать. Говорю: «Ну, может, возьмете другой фирмы...» А он добавляет: «Но у вас хорошая цена». Он купил уже 30 таких костюмов, потому что дешевле в природе не существовало. Разговор он закончил так: «Если бы я вас привез к нам в бригаду и сказал, что это вы эти костюмы сделали, они бы вас, наверное, ракам скормили!» И тогда я понял: самое важное — нужно делать продукт самого лучшего качества. Это, конечно, полезно везде. Но я это проверил на собственной шкуре. В результате я стал подходить к производству с другими мерками.

N: — За счет каких усилий вы смогли делать более качественный продукт?

А.Я.: — Мы работаем с одной из лучших фирм — производителей снаряжения в Юго-Восточной Азии и с лучшими охотниками и специалистами. Кроме того, как я уже сказал, у нас есть собственное небольшое экспериментальное производство. Сегодня наш цех кроит и шьет новый костюм, здесь мы его тестируем, затем там они делают продукт, близкий к тому, что я заказывал, а дальше я уже доделываю его в России. Чтобы завершить производство одной серии костюмов, нужен минимум год.

Конечно, собственное производство — это сложное дело. Во-первых, в России никто не производит нужных материалов. Во-вторых, необходима технология. В России готовой нет. Я специально ездил в Италию — меня провозили по разным мастерским, и в некоторых из них кое-что рассказали. В-третьих, мне повезло: мой конкурент, москвич, выгнал своего начальника производства, и я пригласил его к себе. Кроме того, я постоянно езжу в Китай и другие страны, вижу, как организовано производство там. Конечно, это плохо, что все держится во многом на мне, но пока другого выхода не вижу: в этом деле много тонкостей, которые мы собирали по крупицам. Каждый год улучшаем нашу продукцию. Конечно, на первый взгляд, в гидрокостюме сложно что-то улучшить, они все кажутся на одно лицо, но микрореволюции делать можно. Например, мы придумали несколько ноу-хау, как сделать так, чтобы вода меньше попадала в гидрокостюм.

Сегодня наше ателье изготавливает костюмы и на заказ: люди с нестандартными формами, а также профессиональные спортсмены предпочитают заказывать индивидуальный пошив. Долгое время люди заказывали костюмы за рубежом. Всего было и сейчас существуют два итальянских ателье. Ждать костюм оттуда нужно три месяца. И переделать его сложно: для этого снова требуется куча времени. Я понял, что мы вполне можем занять эту нишу, потому что качество у нас не хуже, а цены несколько ниже, и оперативность выше. Кроме того, крой моих костюмов приспособлен к нашим условиям: и к корягам, и к холодам. А зарубежные марки делают костюмы для Средиземного моря. Люди брали их просто из любви к зарубежному. Сегодня к нам обращаются со всей России. Пожалуй, чего нам не хватает, так это хорошего дизайнера — в этом мы пока отстаем от зарубежных компаний.

N: — Какую долю рынка в России вы занимаете?

А.Я.: — Сложно сказать. Официальной статистики нет, но, думаю, если учитывать все, что продается, то процентов 10–15 мы занимаем. Кроме того, нашу продукцию реализуют в Украине и Белоруссии: оптовики оттуда приезжают и закупают у нас товар. В целом рынок очень конкурентен.

N: — А как вы продвигаете свою продукцию?

А.Я.: — Я долго искал способ, как мне отрекламироваться практически в ноль, но чтобы обо мне узнали все потенциальные клиенты. И нашел ответ — реклама в интернете. Я рассказываю на специализированных форумах о том, какое классное снаряжение продаю, причем дешевле, чем конкуренты. И предлагаю проверить. Людям нравится обсуждать снаряжение, спорить, советовать. Я разработал табличку, где приведены все параметры, на которые обращает внимание покупатель, подбирая себе костюм по дизайну, качеству швов, качеству материала и т. д. Пригласил экспертов — людей, которые пользуются авторитетом и репутацией на форумах. Они начали ставить баллы по каждому критерию. В результате мой костюм победил. Для них это было открытие!

Сейчас я довел индивидуальное производство до того, что могу взять костюм самого лучшего ателье мира, поставить рядом с ним свой костюм и предложить тестирование. И думаю, мой выиграет по совокупности показателей. А даже если я проиграю, то я узнаю реальную критику и сделаю свой костюм еще лучше.

N: — У вас три магазина — в Ростове, Краснодаре и Москве. Планируете развивать собственную сеть?

А.Я.: — Нет, в основном мы ориентированы на работу с оптом. Открыть магазины пришлось потому, что местные оптовики поначалу не очень хотели с нами сотрудничать, возможно, из зависти.

N: — Когда-то вы были первым дайвером, но сегодня в Ростове действует много дайв-центров. Как вы отстраиваетесь от конкурентов?

А.Я.: — 1 февраля нашему клубу исполнилось 16 лет, за это время мы обучили более 2 тыс. человек. Практически все дайвинг-клубы Ростова сейчас возглавляют мои ученики. Но наш клуб на сегодня единственный в Ростовской области пятизвездочный клуб PADI. Чтобы получить эту категорию, нужно быть лучшим по 30 различным показателям, включая чистоту воздуха, который мы забиваем в баллоны, качество снаряжения, бассейна… У нас работает инструктором чемпион Олимпийских игр по плаванию среди юношей. И даже Герой России.

N: — В Ростове действует ваша тезка — компания «Аква-Дон», которая производит минеральную воду. Это случайное совпадение?

А.Я.: — Да. Название «Аква-Дон» пришло мне в голову 16 лет назад, когда я выбирал имя для нашего клуба подводного плавания. Оказалось, что буквально в это же время Лазуренко (основатель «Аква-Дона», впоследствии компания сменила собственника. — N) зарегистрировал такое же название для выпуска минеральной воды. Я спросил у него тогда, не будет ли он против. Он сказал, что претензий не имеет: мы же разной деятельностью занимаемся. Воду мы не разливаем, так что друг другу не мешаем.

Просмотров: 2163

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Новые компании
image
Ростовский самозанятый Марат Клещин отказался от карьеры полицейского ради творческой работы. Он освоил мастерство мужского парикмахера, получил новый опыт на профессиональных конкурсах и на растущем ростовском рынке открыл барбершоп.
Новые компании
image
Основательница небольшого швейного цеха Кристина Базиленко благодаря спросу на домашнюю и спортивную одежду во время пандемии, а также знакомству в «Инстаграме», доросла до бизнеса по пошиву для модного динамично растущего бренда Charmstore. Предприятие активно развивается: за 4 года площадь производства увеличилась с 50 до 1000 кв. метров, а количество сотрудников с 5 до 45 человек. Сейчас объемы производства составляют 10 тысяч единиц одежды в месяц. Молодая компания получила 1 млн руб. от Ростовского регионального агентства поддержки предпринимательства (РРАПП) на покупку швейных машин.
Новые компании
image
Предприниматель из Таганрога Дмитрий Досумбаев развивает франчайзинговую сеть сервисных центров по обслуживанию смартфонов. Выигрывать конкуренцию у сотен других сервисов компания рассчитывает за счет прозрачности, интерактивности и комплекса предоставляемых в одном месте услуг. Центры будут располагаться в реконструированных морских контейнерах. Ремонт будет происходить за стеклянными окнами. Клиент сможет наблюдать за процессом, что, по мнению основателя проекта, повысит доверие и лояльность владельцев техники.
Новые компании
image
Чуть меньше года назад в Ростове открылась франшиза фотостудий «ТриНаЧетыре». Основная специализация — фото на документы, но делаются они не за пять минут, как все привыкли, а за полчаса профессиональными фотографами. По словам владелицы фотостудии Виолетты Кривошеевой, предприятие стало приносить доход уже через несколько месяцев после открытия.