Совет по «инсинуациям»

Руководитель аппарата АНО «Агентство стратегических инициатив по продвижению новых проектов» Игорь Карачин говорил о результатах Национального рейтинга инвестиционной привлекательности и реализации Национальной модели целевых условий ведения бизнеса в Ростовской области. Выступающий описывал ситуацию с подключением бизнеса к газу. «Сроки подключения к газопроводу возрастали, а на протяжении последних двух лет наблюдается сокращение соответствующих сроков, и это положительная динамика, — отметил г-н Карачин. — Вместе с тем… Вот, коллеги, можно вот уже <…>, наши добрые друзья из СМИ, здесь мы уже немножко в более рабочем формате продолжим, вас попросить, так сказать, работать с документами в соседнем помещении». Выступающему подсказали, что идет прямая трансляция, и она доступна в том числе СМИ. «Ну тогда у нас формат рабочего совещания он несколько… Там никаких, конечно, тайн нет, но с тем, чтобы потом не было каких-то инсинуаций, если вдруг кто-то не разберется. <…> Поэтому давайте мы, наверно, прекратим трансляцию. Здесь все люди, принимающие решения, сидят <…>. Можно выключить камеру? Выключили, да уже? Спасибо. Прекратилась трансляция? Можно в этом убедиться?» Прямой эфир завершился. Согласно Большому толковому словарю русского языка, «инсинуация» — это порочащий кого-либо вымысел, клевета.

Игорь Карачин потребовал, организаторы мероприятия как радушные хозяева послушались. Руководитель аппарата АНО «Агентство стратегических инициатив по продвижению новых проектов» в чем-то прав. Главное для собравшихся чиновников и представителей естественных монополий — решить застарелые проблемы между газовиками и предпринимателями. А при включенной доступной для общественности записи, может, кто-то начнет стесняться, а иные, наоборот, захотят попиариться, накачать реноме с помощью популизма. А еще журналисты, наверное, могут прерывать вступающих, задавая им вопросы, в том числе глупые. Он же не знает, какой у сотрудников ростовских СМИ уровень воспитания и IQ. Наконец, может, кто-то случайно разгласит какую-то тайну — коммерческую или государственную, и эта тайна утечет к десяткам тысяч глаз и ушей. А ведь среди них могут оказаться совсем недружественные уши!

Но нет, господин Карачин сам уверяет, что «там никаких, конечно, тайн нет». Его главный мотив — «чтобы потом не было каких-то инсинуаций, если вдруг кто-то не разберется». Если переводить это на язык мемов, то возникает ассоциация со стихотворением про бюрократов «Как бы чего не вышло». Конечно, нет гарантий, что журналисты поймут все правильно (как, в прочем, и общественники, каким является выступающий). Так что на основании подозрения в недалекости, может, вообще журналистам информацию не предоставлять? Они же и пресс-релизы могут неправильно понять! Но оратор идет дальше и предполагает, что эти неумные слушатели из каких-то таинственных соображений начнут вдруг продуцировать порочащие приезжего господина и его собеседников вымыслы. Какая муха должна их перед этим укусить, если они беспрепятственно получили бы информацию, соответствующую действительности? Зачем сочинять-то, да еще и порочить?

Общественник, вступающий в роли «кабычегоневышлиста» мог бы догадаться, что именно утаивание от общественности и СМИ чего-либо порождает информационный вакуум, который заполняется как слухами, так и даже инсинуациями. Вот и сейчас мы можем только догадываться (то есть вымышлять), о чем же таком страшном говорили на совете. Может, газ начнут отключать всем, кто жаловался? И т. п.

Хотелось бы попросить организаторов не быть столь уж радушными хозяевами и не выметать журналистов при исполнении их прямых профессиональных обязанностей. Сказать: «У нас такой формат». И он, как миленький, продолжил бы обсуждать свои страшные тайны, которых нет. Но кто же ему такое решился бы сказать? А вдруг он какую-то инсинуацию отсюда в Москву повезет, вот как бы чего и выйдет.